– И как ты представляешь наше совместное житьё? – спросила она. – Знаешь, мужчины меня не интересуют. Это я на всякий случай.

– Да я и не думал… Будем жить как друзья. Там два этажа, у каждого будет своя комната, своё личное пространство… Я же не это имел в виду…

– Погоди, не оправдывайся. Я не обвиняю.

– Извини…

– Ладно, давай посмотрим этот твой дом. Может, и стоящее предложение.

Теперь он смутился лишь на мгновение, быстро сделав вид, что ничего не произошло.

– Ну, давай. Ударь меня так сильно, как сможешь.

Она не стала ничего говорить, просто нанесла первый удар.

Взяла инициативу в бою, наступая и закручивая вправо. Её быстрые шаги по настилу казались слишком громкими в пустом зале, где лишь едва слышно скрипели, покачиваясь от вибрации, ряды чёрных мешков.

У Тайлера были неплохие задатки. Хорошая длинна рук, скорость. Однако он, тяготея к размашистой технике, плохо защищал голову и часто оставлял руки разведёнными, давая ей брешь, через которую можно было пробивать прямые. Это не могло не обернуться для него плохо. Ей нужно было лишь немного времени, чтобы понять, как он действует, подстроиться к его ритму, быстрым, но небрежным передвижениям вперёд и назад.

Она уходила от его выпадов, подсаживалась на ногах и, зажимая его у канатов, рубила боковыми по печени, чередуя эти атаки с прямыми ударами в область солнечного сплетения. Не хотела бить в голову, это было слишком легко. Азарт быстро захватил её, и не было никакого значения, что этот бой не для зрителей, и за него не заплатят деньги. Она дралась лишь для того, чтобы драться.

– Хорошо, – вырвалось у него, когда её кулак в очередной раз врезался в район селезёнки.

Так люди иногда подбадривают себя, чувствуя приближение печальной развязки.

– Лупишь как раньше. Ты знаешь, что агрессия связана с нашим биологическим началом? – сказала Хелен, единственный зритель их поединка. – За сотни тысяч лет эволюции в результате естественного отбора человек приобрёл определённую склонность к агрессивности, чтобы сражаться с этим враждебным миром. Не чрезмерную, чтобы не перебить своих сородичей, но и не слишком низкую… Сильные выживают, а слабые умирают, как говорится. Агрессия проявляется во многих формах. Например, секс – одна из форм. Это битва за продолжение рода, поэтому возбуждение агрессивное и сексуальное довольно схожи…. В современном обществе применять агрессию часто некуда, и она накапливается, ища себе выхода.

Их шаги звучали частой дробью в пустом зале. Она видела, что он стал опускать руки. Медленная, догоняющая боль при каждом вдохе делала своё дело, и разум, требовавший не опускать рук, был бессилен перед животным инстинктом. Можно было закончить бой ещё одним точным ударом в печень, но ей захотелось по-другому. Слишком сильный азарт, она уже не контролировала направление ударов.

– Такая наглядная демонстрация агрессии по Конраду Лоренцу…. Этим пронизано всё в природе. Бойцовые рыбки в яркой расцветке выстраиваются друг против друга, гуси сплетаются шеями в танце, который на самом деле является поединком. Каждая тварь в мире, от насекомого до огромного носорога. Вы как эти бойцовые рыбки. В вашем противостоянии и возбуждение, и жажда соперничества, и желание выплеснуть всё, что сделал с вами мир… Ты – моя бойцовая рыбка, охваченная жаждой саморазрушения…

Руки его опустились, и она, резко сблизившись, всадила в него апперкот, а потом, когда голова дёрнулась вверх, добавила боковым.

Он падал медленно. В тех передачах, что показывают дикую жизнь без прикрас, иногда можно увидеть, как подкошенное дерево в амазонских лесах, цепляя своих собратьев, начинает валиться прямо на дровосека, и нужно сделать шаг в сторону, чтобы освободить ему место. Так поступила и она, отступив на шаг и позволив ему просто упасть вперёд.

– Вот чёрт, – смотрела, как он медленно переворачивается на спину.

– В глазах потемнело…

– Моя вина. Не надо было так сильно бить.

– Нормально. Я сам напросился.

Тайлер не осуждал её, никакого намёка в голосе или взгляде, только смеялся над своей болью. Было в нём что-то от жертвенности христианских святых.

– Поздравляю, сказал он. – Чемпионка мира повалила парня с рекордом 3-3 в боксе. Это неплохое достижение.

– Вот как ты заговорил?

– Просто шучу. Всё-таки, здоровая ты для женщины.

– Так из-за этого ты проиграл?

– Ну, ты на два дюйма меня выше и даже тяжелее. Сколько ты сейчас?

– Сто пятьдесят восемь фунтов.

– Ну, вот. Почти шесть футов роста, вес под сто шестьдесят.

– Пять и десять, – поправила она.

– У тебя отличный удар. С кем я только не дрался, и валили меня пару раз, но скажу тебе, что твой удар один из сильнейших.

– Так ты в норме?

– Да, нормально. На самом деле, с каждым мгновением всё больше нравится. Такая приятная, не слишком назойливая боль.

– Ну, тогда ладно. Вставай уже.