Большун еще около часа не спеша рассказывал о последних события, соседях и деревне. А после, Ярослав решил еще посидеть на теплом чердаке, в компании домового. Котяра молча лежал, поглядывая на улицу через оконце, а сам парень пытался прощупать окружающее, почувствовать хоть след силы. Ничего.

Утром Яр позволил себе выспаться. Уже вовсю шумел во дворе сам хозяин дома, на кухне занималась его жена. Домового нигде не было видно. Встряхнувшись, вышел во двор, сделал зарядку. Вылил на себя ушат воды и принялся за вышивку. Вчера уже заниматься откровенно было недосуг, а сегодня с утра можно хорошо запитать необходимые узоры.

Хотя если честно, Яр сомневался, что это поможет. Но с его опытом, то есть с никаким, любая помощь пригодилась бы.

Часа через два, наконец он собрался дойти до легендарной в этой деревне Аглафьи. Как водится, чем громче, тем пустее. Милая старушка, занимавшаяся цветами, хозяйства почти не было. От домового вчера стало известно, что к ней часто приезжали дети и внуки, они же ее по сути и кормили, заботились. А вот то, что на ее памяти, или ее бабушки, жившей тут до нее, не было случаев утопления, было очень ценно. Яр не стал тратить больше времени, поговорили еще немного и он распрощался.

Ярослав выбрался из деревни еще до обеда. Проходя мимо памятного по вчерашнему дню забора, непроизвольно напрягся, но яркой гостьи не было. Хотя стоял вопрос, кто еще здесь гость.

Дойдя до реки, прикинул расстояние от крайнего дома до воды. Получалось около полутра километров. Сунув между зубов стебелек травы, сел и глядя на воду, стал думать.

— Итак, подытожим, — соображал он про себя. — Случаи вроде сломанной ноги охотника, небольших неурядиц, мелких неудач пока можно выпихнуть за скобки. А вот русалку, такой силы, непонятно откуда взявшуюся в некрупной, по сути, речке уже за скобки не вынесешь. Она сама может вынести. Так далеко отходить от воды, это не новость для их вида, хотя и не часто встретишь. Это только в сказках водные девы сидят в воде по пояс и соблазняют проходящих святых мужского пола бесстыдной наготой. В реальности все посложнее. Русалка не чистая энергия, как например духи места. В зависимости от… много чего, она может и материальную форму принимать.

Тут напитка нужна хорошая, а откуда ей тут взяться. Если даже кто и утоп по-тихому за эти годы, вряд ли ей хоть на бутерброд соберется. Странности с водой, за неимением лучшей версии, спишем на нее.

Большун вчера четко дал понять, что бедных животных просто вытянули. Забрали напрямую жизненную энергию, если понятным языком. Без ритуалов, кровопусканий и прочего. Еще и на расстоянии. И в каждом дворе, но ни у кого не полностью. Девчонка? Вряд ли. Кто-то из местных, похоже. Нужна была энергия и много, а пускать хозяйство под ноль кому-то из односельчан, совесть не позволила до конца. Точно не русалка. Та не стала бы так выборочно косить скотину.

Значит помимо духа воды, который косплеит какое-то анимэ, имеем сильного колдуна или колдунью, скорее всего ведьму, тут больше на ритуальную волшбу похоже. Так вытянуть животное на расстоянии без подготовки не каждый маг осилит. Если она в деревне, я ее вряд ли найду.

На своей территории можно хоть весь и дом, и участок рядом накрыть мороками. Поставить вагон рун и тележку символов, постепенно встроенных в природный фон, и оттуда же подпитываемых. И пока они не сработают, я их не увижу. Если только она сама не проявится.

«Холод», со слов домового, это значит рядом колдун набирает энергию для сильного чародейства. Собирает со всех окрестностей, вот дух и чувствует себя неуютно, ощущая утекающую из окрестностей энергию.

Конечно, будь тут Старик, или тот же Белослав, — думал Яр отстраненно, — все русалки дружно утопились бы в собственной реке, а ведьма сама вышла с плакатом «Скажем нет колдовству над животными», стоило им только захотеть. Ясный ясень, волхвы никогда не стали бы так делать. А вот кстати, — подумал Яр, — а как стали бы?

И самое главное, куда делись дети. И кем они делись. За короткое знакомство с анимэ русалкой, Яр не почувствовал на ней следов страданий или смерти. А детские отпечатались бы на ней ох как надолго. В то, что причастен убивец скотины, верилось тоже с трудом.

Чего — то не хватает. — Ярик отпустил мысли и просто слушал ветер.

Тот пах травами, он шептал о просторе. Ветер мог напомнить про свободу от ежедневных забот, чужого давления и собственных глупостей. О том, что он видел за бессчетные года, пока гуляет по земле. Ярослав любил ветер, больше него только ветер с сильной грозой. Воздух пел как, все подобное оборачивалось сначала прахом, потом энергией, затем перерождением, снова жизнью.

Он просил парня подняться над теплой, но такой тяжелой землей, хотя бы мыслью пойти за ним. И Ярослав решил так и сделать. Можно сказать, что он провалился в сон, но тело сидело и слышало, чувствовало все вокруг. И могло среагировать с долей секунды при необходимости. Ведь теперь рефлексам не мешала вечно отстающая кора полушарий.

А сам молодой колдун в легком и отрешенном состоянии плыл над землей. И смотрел с высоты на землю, деревеньку, дороги, ведущие от нее, речку с непоседливой древней молодой девчонкой, которая когда-то просто хотела полюбить.