— Александра Евстигнеева! — хором ответили дети. Учитель улыбнулся, довольный ответом класса.

— Верно, ребята. Наша гордость, наша разведчица, не побоявшаяся проникнуть в стан врага. Александра добывала информацию для главного штаба не только здесь на Земле. Она смогла проникнуть в сердце Вайората на родную планету вайров Эйлидию. И только благодаря Александре мы получили величайший шанс победить в этой войне. Мы получили шанс продолжить наше существование как вид.

Учитель неожиданно печально улыбнулся своим мыслям и вернулся к столу.

— Сегодня мы празднуем шестнадцатую годовщину Дня Победы над великим злом. И очень важно помнить, что добро всегда побеждает зло. Несите друг другу добро и радость, ребята, и ваша жизнь будет светлой и спокойной. На сегодня всё.

Дети весело загомонили, начав потихоньку собирать учебники и тетради, а учитель добавил:

— И не забудьте. Сегодня в десять вечера на площади героев будут праздничные фейерверки.

— Ура, фейерверки! — заголосили дети и, радостные, разбежались кто куда.

— Счастливые, — прошептал учитель, — вот бы и мне такое же беззаботное детство.

— Не заслужил, — ехидно сказала я и вошла в учебный кабинет.

— Как тебе мои преподавательские способности? — спросил Глеб и высоко задрал нос, думая, что я сейчас начну его нахваливать.

— Отвратительно, — хмыкнула я.

Глеб особо не опечалился и спросил:

— Ну, что, герой? Всё как каждый божий День Победы?

— Не называй меня героем. Меня аж передёргивает.

— Люди считают тебя своей спасительницей, боготворят и превозносят. Как бы ты к этому не относилась, но благодаря тебе мы всё ещё ходим по этой земле. Факт есть факт. И с ним не поспоришь.

Я скептически хмыкнула и вышла из кабинета, крикнув по дороге:

— Пошли, учитель.

Глеб горько вздохнул и обречённо поплёлся за мной.

Шестнадцать лет назад, когда я вернулась на Землю и встретилась с Марком, я показала ему горящую Эйлидию. Его ликованию не было предела. Все люди, находившиеся рядом в этот момент, как с ума просходили — повскакивали со своих мест, начали кричать от счастья и прыгать, а Марк подкидывал меня в воздух, беспорядочно целовал и бесконечно благодарил. Я тоже радовалась, но только наполовину. Вторая же моя половина ненавистно нашёптывала мне:

— Тварь! Ты ничем не отличаешься от них, тварь!

И я потихоньку начала соглашаться с этим шёпотом. Новость об уничтожении Эйлидии и двух её колоний разнеслась по всей Земле в считанные дни. И люди начали потихоньку выползать из своих нор. Со временем жизнь на поверхности начала налаживаться, люди возвращались в города, наводили на улицах порядок, запускали электростанции, восстанавливали инфраструктуру.

А я вернулась в своё родное поселение, обняла, наконец, постаревшего папу, затискала подросшую сестрёнку и осталась жить с родными. Но у Марка были другие планы на меня. Он предложил мне и моей семье место получше, и я под натиском любопытной сестры сдалась. Нас перевезли в красивый город, ставший столицей нового мира. А Марк начал меня таскать буквально везде. Он рассказывал десяткам, сотням людей по всему миру о моём подвиге, восхвалял и превозносил меня в их глазах. И люди верили, люди заражались его настроением, его эмоциями, его каким-то извращённым отношением ко мне. Именно благодаря Марку я стала самым главным героем в победе над вайрами. В принципе, тогда я и узнала, как Марку и его соратникам удалось провернуть свой план…

— Сеть, к которой мы подключились благодаря Александре, была предназначена только для локального использования на Земле и не имела выхода в глобальную инфосеть вайров. Это для нас и стало серьёзной проблемой, — вещал Марк на очередном совете неизвестных мне глав городов, а я сидела рядом и внимательно слушала, — эта локальная сеть позволяла отслеживать передвижение вайров по планете, их численность и места основных дислокаций. Да, это было много, мы перестали тыкаться как слепые котята, и смогли целенаправленно наносить удары по тварям, минимизируя человеческие потери. Но мы понимали и другое — нас не оставят в покое до тех пор, пока они существуют в этой вселенной. И тогда один из бывших военных рассказал мне о существовании интересного оружия. Оно называлось "скиф". Это оружие массового поражения. При выпуске из ракетоносителя "скиф" разделялся на пятьдесят ракет, способных нести в себе ядерный заряд и, равномерно распределившись по территории поражения, обрушивался на поверхность, сжигая всё на своём пути.

Марк замолчал и уставился в окно, что-то обдумывая.

— Когда Александра вышла в очередной раз со мной на связь, — продолжил генерал через пару секунд, — она рассказала мне, что отправится вместе с сойларом и его свитой в столицу Вайората Эйлидию. Для нас это был шанс узнать местонахождение столицы вайров. А имея на руках "скиф", я понял, что это шанс для всего человечества одним ударом уничтожить тварий улей. Я попросил Александру не выключать геолокационный передатчик, что и позволило нам определить координаты Эйлидии. Так же мы смогли выяснить, что две планеты-колонии находятся в ближайших солнечных системах. Проникнув в ангар Койра, где находилось тридцать лайров, мы взломали их защиту и установили "скифы". Ван Исмаилов разработал и внедрил в интеллектуальную систему вайров программу по автоматическому запуску "скифа" с лайров. И когда лайры достигли своих целей, "скиф" распустился.

В этот момент Марк всегда включал трансляцию горящей Эйлидии и все аплодировали. А я отворачивалась. Спустя шестнадцать лет меня до сих пор мучают кошмары, и в этих кошмарах горит Эйлидия, горят Изалай с Ниром, горит Кай…

Из воспоминаний меня вытянул голос Глеба.

— Приехали, Саш, — сказал он и остановил внедорожник возле своего дома.

Я вышла из автомобиля и направилась внутрь, Глеб взял из багажника пакеты с едой и двинулся за мной.

Мы вместе приготовили ужин и накрыли в гостиной низкий столик на двоих. Мне нравилась гостиная Глеба. Одна её стена представляла собой застеклённые окна-двери, ведущие на небольшую террасу — с неё открывался прекрасный вид на озеро и город за ним. Уже успело стемнеть, и город наполнился тёплым светом уличных фонарей. Я плюхнулась на мягкий диванчик у столика, сделала глоток вина и уставилась в окно. Глеб уселся рядом.