Мы подошли к подножию Первого Дворца Империи. На ступенях уже стояли сойлар и сойлари Лайонай, император Шьямалан Диэра ни Рейли, нежно улыбнувшийся мне, пожилая вайрини с длинными седыми волосами, и Ниарит, неотрывно смотрящий на свою супругу.

— Как же ты прекрасна, Иза, — восхищённо прошептал Нир и потянулся к девушке. Я неожиданно вспомнила, зачем я тут, быстро взяла сойли за руку и вложила её маленькую изящную ладошку в руку сойла. Изалай была счастлива, каждая частичка её тела говорила об этом. Я посмотрела на Ниарита и увидела в его глазах то же самое, что и в глазах Изалай — это была любовь. Настоящая. Сильная. Неподдельная. И тогда я поняла одну очень важную вещь — я никогда не любила Нира. Это была просто влюблённость. Та самая первая влюблённость, которая врывается резко, неожиданно, снося всё на своём пути, и так же резко уходит, оставляя лёгкую горечь на языке. И от осознания этого, мне вдруг стало так легко и хорошо, что я крепко сжала ладони Нира и Изалай, которые до сих пор держала в своих руках, и прошептала так, чтобы было слышно только им двоим:

— Будьте счастливы.

Впервые Нир посмотрел на меня без равнодушия во взгляде. Он посмотрел на меня так же нежно, как смотрел когда-то в нашем домике-шалаше, и благодарно прошептал:

— Спасибо, Саша.

Изалай так же тихо произнесла:

— Спасибо, — и поцеловала меня в щёку. Нир тут же последовал её примеру и обжёг мою щёку лёгким прикосновением губ. И я улыбнулась, облегчённо вздохнув. И вздох мой гулким эхом прокатился по площади. Я обернулась и увидела, как тысячи глаз смотрят на меня. Вайры молчали и неотрывно наблюдали за каждым моим движением. Я испуганно посмотрела на Нира с Изалай, на императора Шьямалана, а потом перевела взгляд на сойлара Кайрану, и он мягко мне улыбнулся, приподняв брови. Вайры чего-то ждали от меня, но я не знала, чего. Тогда я сделала первое, что пришло мне в голову — я громко, так чтобы услышали все, произнесла на вайри:

— Блага сойлару и сойлари Лайонай! Блага сойлу и сойли Лайонай! Да здравствует Вайорат!

И площадь взорвалась радостными криками. Я расслабленно выдохнула — кажется, угадала. Я отпустила руки Ниарита и Изалай. Они улыбнулись мне и начали подниматься по ступеням к подиуму Первого Дворца.

Солнце клонилось к закату, небо окрасилось в яркие предзакатные краски, становилось темно, но внешнее освещение не спешило зажигаться. На приличной высоте парили огромные экраны с прямой трансляцией, они передавали картинку настолько правдоподобно, что не отличить от реальности. Императорская семья поднялась на широкий подиум перед стенами Первого Дворца, где стояла белая резная чаша, и я услышала тихое женское пение. Я прислушалась и поняла, что уже слышала этот голос, когда столкнулась ночью с Кайраной и Шьямаланом. Пела пожилая женщина, вставшая позади семьи Лайонай. Песня её была грустной, тоскливой и будто живой. Через пару секунд её подхватил низкий голос сойлара Кайраны, а по телу моему побежали сонмы мурашек из-за глубокого и бархатистого голоса вайра. Ещё через пару секунд к сойлару присоединилась Сиодай, и только потом песню начали подхватывать все вайры, и она из тихой и грустной превратилась в сильную и призывающую к чему-то, мне неведомому. И когда солнце скрылось за горами, а Первый Дворец погрузился в темноту, вайры одновременно замолчали, а Кайрана воздел руку к небу, вокруг него заклубился черный туман печати рода. Он быстро сползался к ладони сойлара, образовывая в его руке коническую пику длиной сантиметров в семьдесят. Кайрана что-то пропел на древне-вайрийском, вскинул пику, а от гор неожиданно устремился последний солнечный луч и зажёг на конце пики яркий оранжевый огонь. Продолжая петь, сойлар подошёл к чаше и опустил пику внутрь. Чаша вспыхнула и на несколько секунд осветила весь Первый Дворец. Я зажмурилась от неожиданности, а когда открыла глаза, в чаше пылал огонь. Площадь взорвалась овациями и музыкой, вайры ликовали, а из-за деревьев начали вылетать фонарики-светлячки и постепенно пространство заполнилось светом. Императорская семья спустилась вниз и начала принимать поздравления. Я неотступно следовала за Изалай, вспоминая схождение огня в Первом Дворце. Эта традиция чем-то напомнила мне зажжение огня на олимпийских играх, когда они ещё существовали, а Первый Дворец представлялся мне горой Олимп, на которой всегда горел огонь. Так, за раздумьями и размышлениями я не заметила, как оказалась под куполом очередного высокого здания.

Глава 17. Бал

Я бы назвала это помещение бальным залом. Мощные колонны поддерживали арочные своды зала с одной стороны, другая же представляла из себя стену со множеством проходов, ведущих в малые залы, которые в свою очередь тоже куда-то вели. Сам праздничный дворец представлялся мне неким лабиринтом, ступив в который ты уже никогда не выберешься. Снаружи за колоннами расположился обширный сад с десятками дорожек, которые тоже вели в какие-то помещения. Я подняла вверх глаза и увидела под сужающимся кверху сводом что-то, похожее на балконы, протянувшиеся во всю длину свода. Похоже, там есть второй этаж, и оттуда может быть чудесный вид.

— Саша! — обратилась ко мне возбуждённая Изалай, и я повернулась к девушке, — официальная часть окончена, можешь развлекаться.

Я кивнула и тут же осталась в одиночестве — сойли схватила Ниарита под руку и куда-то увела. Неожиданно вокруг меня не осталось ни одного знакомого вайра. Мне стало немного не по себе, уверенность тут же куда-то испарилась, и я начала оглядываться. Взгляд выцепил в толпе знакомую высокую фигуру, и я направилась туда. И только коснувшись руки Шьямалана, я облегчённо выдохнула и прошептала, улыбнувшись:

— Ваше величество.

Шьямалан тут же повернулся ко мне и осторожно погладил по голове, сказав на чистом русском:

— Саша. Рад тебя видеть.

Почувствовав успокаивающую ласку, я произнесла:

— И я, ваше величество.

— Я не твой император, так что можешь называть меня просто Шая.

Я улыбнулась и кивнула.

— Ты прекрасно выглядишь сегодня, Саша. Настоящая вайрини.

Я засмеялась очередному сравнению, но произнесла:

— Спасибо. Приятно слышать.

— Кого ты там прячешь, Шая? — услышала я знакомый голос, а император, наконец, перестал меня загораживать, и я оказалась окружена почтенными вайрами, среди которых были сойлар и сойлари Лайонай. Айрея окинула меня презрительным взглядом и показательно отвернулась. Я фыркнула и хотела по-человечески закатить глаза, но решила, что так настоящие вайрини не поступают.

— Праздник прекрасен, сойлар Кайрана, — сказала я, — Эйлидия воистину величественная столица, достойная своих детей.

Сойлар улыбнулся и слегка поклонился.

— Благодарю, Саша. Мне приятны твои слова.

— А кто это тут у нас? — спросил невысокий вайр, стоявший по левую руку от Кайраны, — неужели человеческая девушка?

— Это Саша, лорн Ларана, — произнёс сойлар, — она — прислужница Изалай.

Это же тот самый Ларана, с которым прожил десять лет Марк! Я посмотрела на вайра и увидела на его лице мягкую улыбку и настоящую заинтересованность. И эта заинтересованность не заставила себя ждать — Ларана буквально осыпал меня вопросами:

— Рад знакомству, Саша. Я Риол Ларана. Не ожидал, что в колыбели вайрийского народа увижу человека. Как ты здесь оказалась?