– Да, ты прав! Может всякое случится! Уже случилось! – Прокричал он. – Да. Если раньше на грани ходили, да в веру верили, то теперь в бездну рухнули, и никто не поможет. Ни бог, ни дьявол, ни какое другое сверхъестественное существо. Ни кого больше не осталось на этой проклятой земле!

– Ну, ты это… Ты так зря про бога то. – Неуверенно кто-то начал бубнить в глубине полутемного зала. – Бог, ведь он это… Он все слышит.

– Фёдор, ты дурак? Чего он слышит? Что за последнее время он услышал? – Наорал ни за что на бедного парня, Коля.

– Ну, как…. Ну, то, что ты вот так сейчас его… хулишь. – Вспомнил слово Федор.

– По твоему мнению это единственное, что услышал бог?

– Ты, Федор, не раззевайся, не нервируй народ. – Попросил лесоруба Анатолич. В ответ что-то пробурчали и затихли.

– Радио не сообщало ничего нового? – Спросил кто-то. Сейчас радио осталось единственным средством получения какой-либо информации. Бармен подошел к стойке и включил переносной транзистор. Из динамиков раздался завыванием и шелестом белый шум. Анатолич покрутил ручку, ища доступную волну, но всё было бесполезно.

– Наверное, еще рано. – Предположил бармен. – Я думаю, что скоро мы все узнаем. – Обнадеживающе предположил он.

– Тишина такая, потому что еще бомбят. – Зло буркнули за столами.

– Да что вы говорите! – Зло огрызнулся Анатолич. – Вот вас только не спросили! – В ответ зашаркали обувью по полу, загалдели, заерзали на лавках. И так бы может и не удержался народ в проявлениях своего мнения, но в этот самый разгар, сбивая пену кипевшей ярости, в бар ввалились трое. Сэм, с окровавленной синим кувалдой, Столяров с двумя топорами, сочащимися таким же синим и Иван, яростно сверкающий глазами. И тут бар окончательно ожил: люди повскакивали со своих мест, окружили пришедших, захлопали их по плечам, загудели, словно разбуженный улей.

–Что там? Как там? Кто жив? Кто мертв? Кого видели? Что слышали? – Наперебой, не давая ответить, засыпали этих троих вопросами. Но ни Сэм, ни Столяров, ни тем более Иван, ошалевший, разглядывающий лица окруживших его людей, словно ища знакомого, ничего не могли ответить.

– Воды! Анатолич, дай воды! – Прорвался голосом над головами лесорубов Столяров. И стал, словно ледокол, проламывать в толпе себе дорогу, заодно увлекая за собой Ивана и Сэма. Толпа тоже подалась за ними и теперь стала похожа на истекающею каплю. Бармен, ловко обогнул края столешницы, заскочил за стойку, схватил графин чего-то, что потом оказалось водкой, и плеснул жидкости в граненый стакан. Столяров схватил налитое в стакан, сжал, до скрипа стекла, в кулаке с белеющими костяшками и махнул, не поморщившись. Выдохнул. Подозрительно посмотрел на Анатолича, потом на стакан, протянул тому его, и сказал: – Ещё! – Тот было намеревался налить из того же графина, но споткнулся взглядом о глаза Столярова, понял что-то неладное, понюхал графин, охнул и скрылся в кладовой, где сразу загремел жестяными ведрами и кружками.

– Ты мне того же налей, Анатолич! – Крикнул ему вдогонку Столяров. К нему подошли Иван и Сэм, тот без разговора, не спрашивая, налил им из того же графина, из которого пил сам. Иван выпил налитое и видимо не поняв, потянулся за добавкой. Сэм же зажмурился, крякнул в кулак и выдохнул.

– Забористая. – Прокомментировал он.

Помолчали, собираясь с мыслями, собираясь духом. Молчали и лесорубы, их окружившие – уважали пережитое.

– Они на самом деле есть. – Вдруг, ровным голосом, проговорил Иван. – Абасы существуют. – Он повернулся в сторону зала, туда, где сейчас на него смотрели несколько десятков изумленных глаз и повторил. – Абасы существуют! Мы теперь не одни в нашем поселке! Эти твари пришли за нами, нашими детьми, женами, стариками!

– Кто такие, эти абасы? – Сразу несколько человек спросили.

– Это демоны.– Из толпы выдвинулся раскосый, низкорослый и коренастый человек, одетый не по погоде тепло. Его звали Булчут. – Эти демоны. – Повторился он. – Они охотятся на людские души, чтобы пополнить свои проклятые ряды. От них нет спасения, если они пришли. Теперь никто не спасется!– Толпа ахнула и притихла, все знали о демонах, крадущих душу, и каждый, хоть немного, но в них верил.

– Птьфу-ты. – С досады чертыхнулся Иван.

– Мы убили одного! – Прогремел голос Столярова. Гигант разогнулся над барной стойкой, развернулся плечами к людям, показывая окровавленные топоры, и продолжил: – Там, – ткнул Гена на дверь, – в кинозале труп его лежит. Кто хочет посмотреть на демона, прошу! Он теперь там будет долго лежать. – Лесорубы повскидывались головами, зажглись надеждой в глазах, заулыбались хищнически, по-звериному, учуяв кровь. Они все еще не знали, с чем, действительно им придется столкнуться, и потому потянулись руслом к выходу, забулькали: – Смерть, абас, убили.– Повторяли слова, как мантру, и канули в дорогу, с крыльца. В баре, кроме Анатолича, Ивана, Сэма и Столярова, остался только раскосый Булчут.

– А ты что теперь скажешь про своих демонов? – поинтересовался Иван у мужичка, испытующе его рассматривая.

– Вот прям так и убили? – Осторожно поинтересовался Булчут.

– Вот прям так и убили. – Подтвердил Иван. – Сэм убил. А потом и Гена, своими топорами. Видишь сколько крови. – Иван кивнул в сторону Столярова.

– А это его кровь? Абасова? – Все еще не верил раскосый.

– А то чья же. – Утвердительно кивнул Иван. – Его, и еще дружков его. Они там, вроде, улей решили сделать, а мы его разорили.