Шрифт:
– Мне уже тоже расхотелось. Макс, ты уверен, что мы готовы к ребёнку?
– К ребёнку?
Лиля покрутила чашечку с кофе между ладонями и посмотрела на него.
– Ну, ты сказал, что большая машина – это задел на будущее.
Макс сел на соседний стул, застёгивая рубашку.
– Я имел в виду не детей... Я имел в виду путешествия. Ну, мало ли, тебе захочется куда-то съездить. Развеяться. Я же часто в командировках.
Лиля смотрела на него, наморщившись, потом вздохнула.
– Я неправильно поняла тебя. Я решила, что ты говоришь о детях. Сходила в "Аврору", вынула спираль. Блин, Макс, мы стали так редко общаться, что перестаём друг друга понимать.
– А мне казалось, ты всем довольна.
– Нет. Мне не хватает тебя.
– Двадцать пятого.
– Да. Пойду, соберу твои вещи.
Чемодан Макса стоял у гардероба. Лиля напевала что-то неопределённое, складывая купальники в свою дорожную сумку. Напоминание на смартфоне прозвенело ровно в о момент, когда она застегнула молнию. Хороший знак!
Стоя в пробке у моста, она думала о словах Макса. Развеяться. Да, ей бы хотелось развеяться. Только не одной, пока он в командировке, а с ним.
В кабинетике было свежо с утра. Лиля закрыла окно. Вера прошла мимо, поздоровавшись, а за ней и остальные по очереди заглянули пожелать доброго утра.
Лиля достала из сумки ключи Вики и бросила на стол. Зря она вынула спираль. Надо записаться, поставить снова. Чёрт. Мобильник садится.
– Вер, дашь зарядку?
Вера помотала головой.
– Не тот разъём.
– Интересно, додумаются наконец делать все телефоны с одинаковыми разъёмами?
Она пришла к Вике и вяло следила, как та наводит порядок в ящиках стола.
– Вик, можно твой телефон... Надо позвонить.
– Бери.
Лиля спустилась во двор. Нежная мелодия звучала не меньше полутора минут.
– Здравствуйте, Виктория Олеговна, – сказала администратор. – Ваш скрининг ещё не готов. Ваш приём...
– Это Косенкова Лилия, – перебила Лиля девушку. – Я хотела записаться к Марине Вадимовне.
– Сожалею, но на ближайшую неделю приёмы расписаны. Могу внести вас в лист ожидания.
– Давайте. Но двадцать пятого я улетаю на неделю.
– Я пометила, – отозвалась девушка. – Спасибо за звонок. Всего вам доброго.
Лиля вернулась в кабинет и сидела, раздумывая, как поступить. Может, поговорить с Максом ещё раз? Они действительно мало общаются. Всё время на работе... Даже если она уйдёт с работы и засядет дома, какой толк? Его-то там всё равно нет.
– О! Мои ключи! – Вика зашла в кабинет, протягивая руку за телефоном, но наткнулась взглядом на брелок.
– В машине нашла, – вздохнула Лиля, и вдруг нахмурилась. – Погоди. Мне сказали, ты больше недели назад потеряла... Машину мне Макс двадцатого подарил.
– Ну вот мы и попались, – хихикнула Вика. – Я ему помогала выбирать.
– А-а... Вот оно что.
Вечер подкрался незаметно, будто очередной клиент, без стука зашедший в кабинет, и сразу занял собой всё пространство светлой комнаты. В деревне вечера были другими – полновесными, явными, и сменялись такой же ночью, густой, как чудесный синий борщ, в котором плавали мелкие крапинки сметанных звёзд.
– Здравствуйте, Евгений. Звоню вам напомнить...
Евгений, конечно же, всё помнил сам, и через пять минут на почту приходил недостающий скан паспорта, а через пару минут звонила уважаемая Дарья, отказавшаяся от трансфера, с вопросом, почему её не посадили на автобус вместе со всеми.
Плюшевые тапки одиноко стояли в прихожей. Лиля села на пуф, обивку для которого выбирала почти месяц, и сгорбилась. К чёрту. Она так хотела вчера вечером увидеть Макса. Если он не идёт к ней, она поедет к нему. Что это за семейная жизнь такая, когда муж бегает от жены? Она не под этим подписывалась. Надо бы позвонить, конечно... Ладно.
Бульварное кольцо сияло гирляндами огней, фонари бежали навстречу и прочь, прочь. Она свернула на Сивцев Вражек и доехала до дома на углу. "Перекрёсток Экспресс"... В большом полукруглом окне над застеклёнными дверями и испохабленной закрашенной лепниной – свет.
Лиля покопалась в ключнице. Ключ-таблетка... Работает плохо. Она прижала металлический кругляшок так плотно, что пальцы заболели. Домофон пискнул, и огромный подъезд сомкнул вокруг неё жёлтые объятия света. Два мотылька вились вокруг лампочки, отбрасывая тени на стены.