— Их предоставь мне.

— Вы сможете одолеть Пака? — удивлённо спросил Стрикс. Он перестал расхаживать и присел на свой гроб. — Кто же вы такой, Раш?

— Сейчас я, намного слабее тебя Стрикс, но скоро я смогу победить кого угодно. Поэтому мне нужно выиграть время и не дать врагам помешать моему росту.

— Прошу прощения за грубость, юноша. Но вы не ответили на мой второй вопрос.

— Я сын Пака, и внутрь меня искусственным путём был помещён демон Нибрас. А позже мне ввели сыворотку с чистой демонической эссенцией. Подобная комбинация усиливающих свойств позволяет мне поглощать человеческую скверну вмести с их жизнями. И рост моей силы не знает границ.

— Так значит, в конце своего пути вы сможете стать… Богом?

— Я буду сильнее Бога.

— В таком случае, откуда мне знать, что вы сами не станете угрозой для всего человечества?

— В чём-то ты прав, Стрикс, я действительно презираю людей. Но уничтожать их не имеет никакого смысла. В отличие от уничтожения Пака. И спасение человечества здесь вообще не причём. Я хочу, чтобы ты это знал.

— Многие вещи мы считаем неважными, но важными их делает не разум, а сердце. Каждому необходимо понять, что для него является важным и, к сожалению, разум часто прячет сердце.

— Хочешь сказать, что меня заботит безопасность людей?.. Не трать на это время, вампир.

— Возможно, вы презираете большинство людей, однако в этом мире ещё есть кто-то очень дорогой для вас. Разум и сердце должны слиться воедино. Вы привыкли доверять лишь своему разуму и поэтому перестали видеть в людях себя. Но сердце… оно может дать намного больше чем разум.

— Как раз в этом и есть основная проблема современных людей: им, не достаёт разума — особенно когда сердце заглушает его своим кровотоком и люди становятся рефлексивными неуправляемыми животными. Тебе ли не знать.

— Не очень-то мудро, принижать значимость людей в моих глазах, вы же хотите, чтобы я спас их, но при этом вы говорите почти те же слова, что и моя хозяйка когда-то.

— Я пытаюсь быть честным, из-за уважения к твоим принципам. И скоро одному из твоих принципов настанет конец; вместе с гибелью всего человечества… Думаешь, что ты обязан своей хозяйке за спасение жизни?.. Но ты же сам сказал: “Я должен отвечать за каждого, кто слабее меня”. Вилен дала тебе силу, и теперь твоя жизнь равна жизни всех живущих людей. Сам подумай, Стрикс, этот принцип очевидно более весомый, чем благодарность за спасение. Да, это действительно можно назвать предательством, однако Вилен не даёт тебе выбора: ты либо объединяешься со мной, чтобы ей помешать или просто ждёшь гибели всего человечества… Если тебя гложет только факт предательства, то забудь, Вилен это легко переживет и скорее всего даже поймёт, поверь…

— Хм-м-м, ваши слова не лишены смысла, — сказал Стрикс, вдумчиво опустив голову.

— Вилен спасла тебя потому, что ты не сдавался. Ты до самого конца сражался с собственным поражённым чумой телом. И теперь твоё тело вампира не хочет идти против хозяйки… Сделай это ещё раз, Стрикс, не дай своему телу говорить, что тебе нужно делать.

Выйдя из глубокого раздумья Стрикс сказал:

— Надеюсь, я не сильно отниму ваше время, мне нужно подумать. Как насчёт прогулки на свежем воздухе?

— Поддерживаю, здесь практически нечем дышать.

Далее вампир встал с собственного гроба и обратился к тому чёрному койоту сидячему в коридоре:

— Я возьму только свой меч. Твои сокровища мне не нужны, Варшис.

Животное будто выслушало его, а после оно растеряло свой красноглазый собранный взгляд и отвернулось.

Стрикс подошёл к кучке сокровищ и вынул из неё тот самый длинный меч с красным лезвием и золотистым эфесом, в который были вкраплены довольно крупные рубины.

Вампир сперва осмотрел клинок. На бледном лице появилась слабозаметная улыбка, как если бы он смотрел не на бездушный инструмент для убийства, а на самого преданного друга. Позже меч просто растворился у Стрикса в руке, превратившись в тёмно-красный дым, который затем втёк в его тело.

Подходя к выходу (дыре в потолке, скалистого коридора) Раш произнёс:

— На улице сейчас ночь, так что тебе не стоит переживать о своей слабости перед солнцем.

– “Слабости перед солнцем?” С чего вы это взяли?.. У вампиров есть только одна слабость — голод. Я самый старый из них и мне удалось испытать на себе всю изобретательность человечества в этом вопросе. Люди часто делают то во что верят, даже если это не имеет ничего общего с истинной.

Раш и Стрикс, применив минимум усилий, поочерёдно выпрыгнули из ямы. Далее их путь пролегал за пределы разрушенного замка. Луна была большой и красивой, её синий оттенок, очень щедро освещал залесье и полянку.

— Этот твой меч, что он такое? — спросил Раш.

— Увы, ответа у меня нет. Значимо лишь то, что они часть меня. Когда я умерщвлил армию из десяти тысяч солдат, то по всему полю брани взыграл вихрь из крови. Он забрал что-то и изнутри меня, а потом этот вихрь обратился в два красивейших на всём белом свете клинка.