— А что? Сейчас день. Имею право.

— Убавьте громкость, пожалуйста.

— Хорошо. Сейчас.

Мужчина закрыл дверь и видимо куда-то отошёл. Спустя несколько секунд музыка стала ещё громче.

— Ах, он сучёныш! — ругнулся Кирилл и попёр вперёд. Григорий его придержал рукой, чтобы тот не выломал дверь. — Я сейчас этому гадёнышу такое устрою!

— Да успокойся! Сегодня ты какой-то странный, не первый же раз нас дерьмом поливают.

— Там была кровь, — внезапно сказал Раш.

— Что, кровь?! — удивился Кирилл. — Я ничего не видел, хоть и искал её, после того как этот хер открыл дверь. Ты уверен? Где?

Раш подошёл к сослуживцам почти вплотную, чтобы не пришлось повышать голос из-за громкости музыки, затем он продолжил:

— Небольшой мазок был у него на шее. Это не краска и не порез. А ещё мой нюх уловил едва заметный металлический запах, который шёл из комнаты по правой стороне.

— Раш, если это окажется всего лишь фантазией, и мы ворвёмся внутрь, то может пострадать репутация всего нашего участка!

— А разве он когда-нибудь ошибался? — заступился Григорий.

Пауза…

— Если интересно, я могу добавить ещё кое-что для убедительности, — обратил на себя внимание Раш.

— Хорошо. Говори. Лишних гипотез не бывает.

— Во время стресса кожа головы и шеи становится более чувствительной и если на ней есть незначительные царапинки, то эта область начинает чесаться из-за сильного прилива крови. Как вы и сами могли заметить, этот парень явно нервничал. Длинные волосы часто щекотят его шею и соответственно он почесал шею именно в тот момент, когда работал руками с кровью и сильно нервничал. Это точно не готовка еды, так как во время готовки и непосредственно, во время приёма пищи, человеческий мозг практически не способен испытывать стресс. Пахло алкоголем, но его рефлексы не были заторможены, а, наоборот: в его крови преобладал адреналин, поэтому вариант: неосторожного художника, который запачкал шею краской — отпадает. Этот человек недавно с кем-то подрался. Алкоголь он выпил после этой драки, и это было сделано для смелости. Другими словами, он скорее всего сейчас расчленяет труп в своей ванной. Вероятно, это его жена или что более вероятно — девушка изменница. Почему я пришёл именно к такому выводу тоже могу объяснить, но это неважно. Главное, вы услышали всё необходимое, чтобы как минимум проверить подозреваемого более детально. Времени для беседы у нас полно, так как жертва сейчас мертвее некуда. Если хотите я могу продолжить.

Григорий молча отошёл и вынул свой пистолет из кобуры. Заняв удобную позицию слева от двери, он кивнул.

Кирилл тоже вынул пистолет и отошёл на один шаг. После чего он совершил лёгкий наскок и ногой выбил дверь.

Григорий резво вбежал внутрь с оружием наперевес, следом отправился его напарник; просчитывая мушкой углы и дверные проёмы.

Раш не спеша шёл позади — осматриваясь. Первое, на что он обратил внимание, это неправильно расставленные вещи: лампа стояла на подоконнике, на полу в гостиной лежал большой ящик с инструментами, хоть в этом помещении и не было ничего такого, что нуждалось в ремонте. Чья-то женская одежда в полном комплекте, включая лифчик и трусы, была общим комком забита в нижнюю полку стенки. Рядом по соседству расположилась кухонная доска. На полу виднелось несколько маленьких керамических осколков голубого цвета.

Кто-то пытался скрыть следы борьбы.

Однако среди всего этого Раш обратил внимание именно на ту вещь, наличие которой являлось нормой для гостиной — один из шарфов. Он висел рядом с другими, но очень выделялся, так как он был связан в слабый узел и казался намного уже своих родственников, будто его кончики тянули в разные стороны две лошади на протяжении минуты.

Технично и быстро проверив все прочие помещения, Григорий замер напротив ванной комнаты — дверь была слегка прикрыта и по ту сторону шурудила тень.

Он быстро открыл её, а там всё то же лицо кучерявого парня. Он уже смотрел своими ошарашенными карими глазами на полицейского. Руки почти по локти были красными. С ножовки падали капли…

— Бросай пилу, живо! — приказал Григорий.

Тот продолжил стоять как вкопанный. Словно его мозг отказывался видеть полицейского, что стоял перед ним…

Музыка замолкла, видимо её кто-то выключил…

— Брось пилу или я буду стрелять!

Ещё немного ожидания и пила выпала из руки, будто сама по себе. От падения она скромно прозвенела, так как плитка на полу была окутана довольно толстым слоем плёнки.

На горячее подошёл Кирилл и застал всю картину…

Более твёрдо нацелив пистолет на подозреваемого, он зашёл в ванную комнату. Он делал это неспешно, но весьма нервозно. После чего Кирилл опустил голову вниз, будто зрительно и интуитивно пытаясь найти главный источник красного в этом небольшом помещении.

— Ах, ты-ж сука! — ругнулся Кирилл. Затем он взял подозреваемого за шею сзади и поволочил в гостиную. Там он поставил его на колени и сказал: — Руки за голову, урод! Попробуй только рыпнуться, и я тебе всю башку отобью, больной ты кусок говна!

Увидев эту бурную реакцию, Раш сразу понял её причину. В ускоренном шаге он проследовал в ванную комнату. Миновав Григория, он точно и направленно посмотрел вниз и вглубь ванны.

Это была какая-то мешанина из кусков человеческой плоти. Красные, розовые, белые и где-то даже чёрные цвета обеспечивали визуальный бардак. Внутренности лежали в разных местах и с разной степенью повреждений. Однако, несмотря на весь этот разносторонний концерт Потрошителя, пахло только одним — свежим жидким металлом; его сильный концентрированный запах заглушал абсолютно всё. Ноги и руки были отделены. Здесь явно поработал небрежный мясник — это месиво точно указывало на отсутствие опыта и знания человеческой анатомии. В ванной был такой беспорядок, что если бы не голова с длинными запятнанными светлыми волосами, которая всё ещё оседала на шее, и если бы не оголённый торс, из которого выглядывала пара сосков, то было бы очень тяжело понять, что там лежит девушка. Вокруг шеи присутствовали обширные затемнения. Язык торчал за переделами губ, а глаза смотрели высоко вверх, являя в большинстве своём только белки и красную паутину в них.