— Так быстро? И это все, на что вы способны ради своих идеалов?! Мусор!

Двадцать Восьмой рванул на них, схвати первого попавшегося робота и вырвал ему голову с корнем, которую затем бросил во вражеского напарника. Тот поймал ее, растерялся, и получил удар в грудь шипастым кулаком, который прошел насквозь так же легко, как бензопила разрезает картон.

Не видя, что происходит и будучи уверенным, что подопечные легко справятся с Отрядным, лидер группировки Масляного продолжал вести огонь, пока краем визоров не увидел надвигающуюся гору. Вся маска горела красным, на руке висел труп его товарища, дергающийся от разрядов. Двадцать Восьмой двигался медленно, уверенно, сжимая и разжимая свободный кулак, потрескивающий от тока. От приближающегося берсерка, вояка свалился на пол и стал отползать назад. Завидев, что их лидер потерял самообладание, мысли воинов распространились от одного к другому, и были они наполнены только смятением, сомнением и страхом. Роботы перестали стрелять, как и Отряд 84, который устремил все свое внимание на товарища.

— Почему вы не деретесь?! — кричал на врагов Двадцать Восьмой. — Нападайте! Пустите пулю мне в лоб! Ну же! — он вскинул руку с телом в сторону противника, и труп слетел с ладони в их сторону, сбив пару-тройку машин с ног. — Это все?! Вам так нужна свобода, что вы не готовы умереть ради нее? Или смелость хлещет в стороны лишь тогда, когда ваши задницы в безопасности?! А что если бы часть ваших товарищей сражалась внизу?! Мораль была бы выше, пока другие гибли бы вместо вас? Вы — ничто, и звать вас — никак!

Он снова ринулся в бой, еще более ожесточенно, чем перед этим. Враги стреляли в него, но ему было все равно, пули словно проходили мимо, не задевая важных механизмов. Двадцать Восьмой ломал роботов пополам, вырывал им конечности, крушил головы, скидывал вниз, забивал током, пока глаза-лампочки не покидал последний свет. Второй этаж превратился в месиво из криков, пальбы и рек, разливающейся черной жидкости, которая стекала вниз и смешивалась с рыжими лужами. Когда оставшийся робот издал последний крик, сжимаемый ладонью Двадцать Восьмого, солдатам внизу стало ясно — бой окончен. Швырнув труп к горстке таких же мертвецов, ЭКС спрыгнул вниз к товарищам.

— Все в порядке? — заботливо спросил Двадцать Шестой, положив руку на плечо подопечного.

— Нет, — ответил ЭКС, с ног до головы покрытый вражеским маслом и кусочкам металла с пластиком. — В нашем деле быть в порядке — вещь невозможная, если ты хоть чуток соображаешь, так, командир? — красный цвет на его маске сменился на черный блеск, сквозь который проглядывались два тусклых, синих глаза. Яркость покинула визоры, после того, что произошло.

— Не хочу тебя грузить, ЭКС, но во всей этой суматохе, тебе не довелось прихлопнуть и Масляного?

— Я…, — робот замялся, осознав, что не видел среди бедолаг никого, похожего на лидера “Vita Libera”. — Нет, командир. Его не было среди них.

— Дерьмо! Оставил товарищей на произвол. Хотя, вряд ли он испытывал к ним что-то большее, чем к насекомым.

— И то верно.

Двадцать Восьмой подошел к трупам и достал оттуда павшего собрата. Провел ладонью по его голове, нащупал то, что искал и резко вытащил наружу. Он старался провернуть дело так, чтобы не заметил Двадцать Шестой, который, в свою очередь, на всякий случай, пошел искать Масляного среди мертвых.

— Мы еще встретимся, ЗЭД, — прошептал ЭКС в сжатый кулак, и спрятал микросхему в свой отсек для оружия.

Масляный сбежал. Такой вывод сделал Двадцать Шестой. Из этого следовало, что миссия провалена на пятьдесят процентов. Осталась вторая задача — найти завод по производству новых моделей роботов, а также раздобыть чертежи. В общей суматохе битвы, у командира Отряда не было времени разглядывать окружение, его волновали другие вещи, однако, когда жар боя утих, времени было предостаточно.

Двадцать Шестой бродил по зданию вместе с солдатами, всматривался в каждый угол, щупал стены на предмет скрытых переключателей, стучал по полу, чтобы услышать звук пустоты, но ничего из этого найти не удалось. Это был обычный, портовой склад. Ни единого намека на производство, никаких клешней, наподобие штабских под водой, и уж тем более и намека на исследовательскую лабораторию и чертежи.

Командир заметил, что Отрядные косо поглядывают на него. Пусть эмоций они не проявляли, но взгляд говорил о недовольстве, сомнении, падении его авторитета в их глазах. Двадцать Шестой завел их в ловушку, потерял воинов, а сам остался жив и строит из себя начальника, раздавая приказы. Так надумывал себе главный робот, пытаясь понять, что же пошло не так. Он был уверен, что информация верная. Пленник, или даже освобожденный, не мог обмануть, его слова были слишком искренни для лжи. Не в состоянии разобраться, Двадцать Шестой приказал проверить пятачок пола под горой трупов, возможно там, что-то и найдется.

«А если нет? — спросил сам себя командир. — Что тогда?»

— Увольнение, — прозвучал в голове голос Тэс. — Все равно же планировал.

— Да, но…

— Но что?! — грубее спросила девочка.

— Не знаю, Тэс, одно дело уйти на фоне «скандала», когда верхушка покрывает своих шестерок, и совсем другое, когда по твоей вине погибают не только солдаты, но и гражданские. И все потому, что ты просто основательно не подготовился к операции, не проверил полученные данные, и поддался «эмоциям», при виде смерти одного из твоих подчиненных на глазах у всех.