Этому парню точно надо стать сильнее…

Наконец мы остановились около многоэтажного здания. Оно не было красиво украшенным. Входные двери криво висели на остатках выбитых петель, а стекол в проемах вообще не было. Окна первых этажей красовались решетками с острыми наконечниками, на которых виднелись остатки высохшей крови и ржавчины.

Вокруг маленького дворика расположились какие-то мутные личности, которые поглядывали на нас с каким-то подозрением, а потом и вовсе потеряли всякий интерес.

Хорошо. Если бы они прицепились к нам, то боюсь Оскар не выдержал бы такого напряжения. Пришлось бы его потом откачивать и приводить в чувство.

— Нам на пятый этаж, — говорю я, сверяясь с именами жильцов и номеров квартир.

Поднявшись по грязной лестнице, мы наконец очутились около двери девушки. Старая деревянная дверца, разрисованная надписями и всякими картинками, смайликами и наклейками от жвачек.

— Не самое лучшее место, — прошептал Оскар, стоя за моей спиной.

Я ничего не сказал на это, а лишь протянул руку чтобы постучаться.

Как только костяшки пальцев ударили по деревянной поверхности, то та, поддаваясь силе моего прикосновения медленно отворилась внутрь. Открывая вид на внутренности небольшой квартирки.

— Лола? — зову ее я, тихо ступая внутрь.

Неужели они пришли мстить ей? Ворвались внутрь и завершили начатое? Знали, что я приду?

Вокруг царила разруха. Осколки битой посуды, мебель перевернута, в телевизоре торчал гаечный ключ огромных размеров. Все компьютеры на столе были разбиты вдребезги демонстрируя свои поврежденные внутренности как в фильмах ужасов. Если бы я был роботом, испугался бы.

Пройдя дальше, я увидел в углу комнаты сверток одеял. Подойдя ближе, я протянул руку к нему намереваясь сорвать и посмотреть, что под ним, но тут раздался голос девушки:

— Убирайтесь отсюда! Живо!

Внутри одеял загорелось какое-то пятнышко, от которого мне стало не по себе, спустя секунду луч лазера вырвался оттуда, прожигая ровную дырку. Я чудом успел отпрянуть в сторону, Оскару повезло больше, он вообще не успел подойти.

— Лола, это мы! Оскар и Джесс, — крикнул он, закрывая дверь за своей спиной на щеколду.

Упав на пол, я увидел перед собой висящий около стены железный костюм. В нем было огромное количество круглых отверстий, половина деталей погнута или оторвана, темная поверхность разрисована и испорчена краской.

Видимо, Лола, придя домой начала психовать и крушить здесь все.

— Убирайтесь! В следующий раз я попаду точно в цель! — угрожающе произнесла она вытащив руку из под одеял.

— Лола, мы волнуемся за тебя, — произнес я, пытаясь успокоить девушку мягким голосом.

Увы, это возымело обратный эффект.

Зеленоволосая девушка, отбросив одеяла на четвереньках подползла ко мне демонстрируя уставшее лицо с огромными синяками под глазами и царапинами на щеках от собственных ногтей.

— Волнуешься, Джесс?! Это из-за тебя! Все из-за тебя!

Она кричала на меня так сильно, что возле ее губ образовывалась пена от слюны. Оскар молча стоял рядом ничего не предпринимая. И это было к лучшему. Потому как Лола нацелила на него свою перчатку-оружие и сказала:

— Убирайся отсюда, Оскар! Меня тошнит от одного взгляда на тебя…

Воспользовавшись моментом, я перехватил ее руку и заломал так, чтобы сорвать перчатку и обезоружить девчонку.

Она и не сопротивлялась. Послушно уткнулась лицом в ковер и затихла. Мы тоже молчали, но не долго.

Лола заплакала:

— Прошу не трогайте меня! Не трогайте! Я не хочу…

Я отпустил ее руку, и она, мигом вскочив вновь забилась в угол с ужасом смотря на Оскара. Тут я понял, что у нее появился страх мужчин. Почти как у меня, но еще сильнее. Это не хорошо.

— Оскар, ты можешь выйти на минутку в другую комнату? — я обратился к парню достаточно мягко, он ни в чем не виноват, чтобы я в такой ситуации кричал на него.

К счастью, он все понял и кивнув прошел на кухню скрывшись от нас.

Лола проводила его взглядом и даже чуть нагнулась вперед, как бы проверяя, что он не желает возвращаться обратно и не обманывает ее.

— Лола, мы сейчас вдвоем, — говорю я, тихо обращаясь к девушке.

Она смотрит на меня, а затем сорвавшись с места прижимает к груди.

— Джесс, мне страшно! Я так больше не могу! Не могу спать! Не могу есть! За что мне это?! Почему именно я?

Я не знал, что ей вообще ответить, лишь глупо обнял руками и начал гладить по спине пытаясь успокоить.