Кулаки сжались сами собой, а в воздухе повисла гнетущая тишина.

Мне хотелось прямо сейчас сорваться с места и ударить его, оттолкнуть Тию в сторону, и лишь одно останавливает… Я хочу узнать от своего лучшего друга, зачем все это?!

— Не понимаю, о чем ты, — ответил я, оглядываясь.

И правда, все участники “Сентинела” собрались здесь. Все те, кого я лично отбирал и позволял стать сильнее. Да, моя способность усиления сделала их такими какими они являются сейчас, кроме тех, кто добился всего деньгами и собственным умом. Я позволил героям превзойти свои пределы, и Валиант был первым из них. В прошлом он не мог даже зажечь спичку с первого раза, а сейчас способен в одиночку погасить лесной пожар.

— Не понимает он, — повторил Валиант, крепче прижимая Тию к себе.

Я смотрел в ее глаза и видел в них лишь желание к моему лучшему другу, она упивалась подобной ситуацией, когда прямо на моих глазах предает меня позволяя другому мужчине такое.

— Как давно между вами это? — мой тихий голос разорвал вновь нависшую тишину.

— Не понимаю, о чем ты, — передразнил Валиант сверкая фиолетовыми глазами.

— Зря вы пришли сюда, вам не одолеть меня! Если кто-то хочет уйти, то лучше бегите подальше, пока я не передумал!

Мой голос был полон ярости, я получил свои ответы и прямо сейчас намеревался разобраться. Мне не составит труда одолеть всех их, ведь также как я усилил их способности, так могу и обнулить этот эффект. Они перестанут быть теми крутыми героями, и станут ничтожествами.

— Мы знаем, что ты можешь отобрать наши силы, ослабить их, — сказал Валиант отпуская Тию, — Нам все рассказали.

Рассказали? Кто?! Неужели они нашли ее?!

Пока я пытался осмыслить сказанное, моего лица коснулись мягкие пальцы Тии, она смотрела мне в глаза взглядом полным презрения. Это мигом остудило мою ярость. Тяжело злиться, когда человек которого ты любил смотрит на тебя как на кровного врага и ничтожество в одном лице.

Как только она коснулась меня, я ощутил небывалую слабость, которую не чувствовал уже очень давно с того самого момента как мои силы появились у меня.

Я упал на колени чувствуя, как ноги подкосились.

Такого не может быть! Как они это сделали? Как она это сделала?

— Удивлен? — спросил Валиант подходя ко мне, — Мы и сами удивились, когда узнали, что наш Великий слаб перед обычной магией.

Слаб перед магией? Как так? На меня ведь она не действует…

— Бред! У меня нет слабостей! — пытаюсь встать на ноги, но мои силы покидают меня так стремительно.

За моей спиной раздался смех. Остальные хоть и сохраняли молчание, но видимо, с интересом наблюдали за всей ситуацией. Все те, кого я считал когда-то друзьями.

— Не было, пришлось их создать, — сказал Валиант, — Тиа, покажи ему…

Ведьма пустоты, которая когда-то была моей девушкой, коснулась рукой своего живота, а затем он исчез. Вот так растворился в воздухе подобно иллюзии, туману по утру. Ее губы исказила усмешка, повергшая меня в шок.

Ребенка не было!

— За что?! — спросил я, встретившись с ней взглядом, — Что ты сделала с ребенком?

— Ты ничтожество, — сказала она, — Я от него избавилась сразу, как только узнала, хотела сказать, но Хайден убедил не делать этого.

— Как давно вы сговорились? За моей спиной? Зачем?! — прокричал я.

Мой крик эхом отразился от закругленных стен кабинета.

Я был растерян, обескуражен. Меня предали, ребенок оказался иллюзией, вся моя жизнь лишь чей-то продуманный план.

— Ты думал, мы оставим тебя в живых узнав, что ты в любой момент можешь отнять наши силы?! Мы не позволим это сделать!

Он ударил меня кулаком в лицо от чего я тут же рухнул на пол. Голова начала гудеть от столь мощного удара. Я чувствовал себя таким беспомощным и слабым, и это меня пугало. Они отобрали мою силу, я не мог отобрать их, и теперь лишь валяюсь на полу сплевывая собственную кровь. Они думают, что одержали победу, я вижу это по довольным лицам, предвкушающим скорую расправу.

Они ошибаются.

Меня прозвали Великим не просто так!

Зарычав от злости, я бросился к самому первому из героев стоящему перед мной. Это был Слайт, суперсолдат, созданный государством Америки в годы холодной войны. Мой удар размозжил его голову словно переспелый арбуз. Я выхватил из его набедренной кобуры пистолет и прострелил голову другому герою. Все они с запозданием начали действовать, поздно сообразив, что у меня еще остались силы, чтобы одолеть их. Но не всех.

Мои силы медленно угасают, их удары ломают мне кости, разрывают внутренние органы, но я продолжаю драться.

Ломаю кому-то ногу, выдавливаю глаз, зубами хватаю чей-то нос и отрываю его, упиваясь горячей кровью. Но никто из них не отступает. Впав в безумное неистовство, мы швыряли друг друга из стороны в сторону, жгли и обстреливали. Пытались сдавить телекинезом или разрезать на кусочки острыми клинками.

Стены особняка дрожали от того количества разрушений, которое мы привнесли в него. Кабинет был разгромлен в первые секунды сражения. Остальные комнаты оказались следующими на очереди.