— В другом мире, не в вашем. В вашем без надобности не появляюсь, Хранитель может отследить мою магию.

— Можно вопрос?

— Давай, — он махнул рукой, когда он ел становился добрее.

— Как ты свёл мою маму и отца тогда, на балу?

— О, просто. Я всегда следил за всеми Эрдами. Изигара уже не стало, но я тешил себя надеждой отомстить его потомкам как можно жёстче, ну или украсть у кого-то их них ребёнка, что тоже было бы своего рода местью. Мард был женат два раза, но наследников не было. Я к этому не причастен, — Бровик поднял руки вверх, сдаваясь. — Я посетил тогда Бал Роз, конечно, скрыв себя иллюзией, наблюдал за огненным. И когда он вышел из зала, а через час так и не вернулся, пошёл подслушать. Понял, что резерв с девушкой совпал, ну и решил сыграть на этом: когда твой отец пошёл за напитками, я подлил в них магию драконов, их «Чары любви», только в жидком виде. Как итог — ты.

— Это ты был лекарем, который сказал маме, что у неё будет сын?

— Да. Она вернулась в Гарад, но я за ней наблюдал, и вот когда она поняла, что беременна, возник практически из ниоткуда, предложив помощь. Она была так растеряна, что даже ни о чём не спрашивала. Уговорил её написать Марду и сообщить о беременности, точно знал, что Эрд не упустит возможность иметь наследника и уговорит её оставить ребёнка. И не прогадал. Сказал им, что это мальчик, хотя видел, что точно девочка. И стал ждать. Мы договорились с Улией, когда начнутся роды она позовёт меня на помощь. Я был уверен — всё получится, но друг твоего отца всё испортил, рассказав ей правду. Она сбежала у меня из-под носа, найти не смог, и Эрд тоже. Куда она делась и главное как, не смог понять.

Бровик увлечённо рассказывал мне про маму, а я тем временем внимательно следила за Фараном, который крутился у его ног. Это уже не детёныш, подросток, вполне крупный, настолько, что столовая для него тесновата. Поэтому здесь, с нами, была только передняя часть, а хвост с ядовитыми шипами, на улице. Я поняла — самое время для задуманного. Сейчас. Пока маг увлечённо говорил, плела узор заклинания, основательно, не хотела ошибиться, другого шанса не будет.

Создав заклинание, выпустила в Фарана и он легко его впитал в себя. Бровик так и сидел закрыв глаза и закинув руки за голову. Заклинание действовало и теперь я управляла чудовищем, как обычно это делал маг, но теперь приказывала я. Мысленно отдавая команды Фарану, направляла его на мага, находящего прямо перед ним. Монстр поднялся над полом, открывая свой страшный, огромный рот и навис над Бровиком. Тот открыл глаза, почувствовав опасность, но было поздно… Фаран, опустившись, полностью его поглотил и закрыл пасть — я приказала не открывать и застыть. И всё бы ничего, но монстр начала жевать, и я услышала омерзительный звук хруста костей… меня вырвало. Эмоции взяли верх. Приказала чудовищу убираться из дома и, закрыв дверь, опустилась на пол.

Я это сделала! Избавилась от него. По закону магии все ограничения, наложенные Бровиком должны испариться. Тут же попробовала открыть портал — ничего, сила не реагировала, попробовала пробиться к Ортасу, как всегда делала — тоже ничего. Но Мага больше нет, а значит и его магии тоже. Значит, в доме есть артефакт, отвечающий за блокировку этого мира. Судорожно осматривала комнаты, их было немного, обшарила всё: шкафы, тумбочки, даже в самые укромные уголки заглянула — нет ничего. Почему его магия сохранилась? И как теперь мне выбраться отсюда?

Прошла ещё неделя, а я не находил себе места: не мог есть, нормально думать и даже спать, просто дремал, периодически проваливаясь в сон на короткое время, но мне всегда снилась Оливия — звала и просила о помощи. Я знал, что она там, в другом мире, с Бровиком. Мард объяснил, татуировка на моей руке существует как и прежде, значит с моей девочкой всё в порядке: если один из пары огненных погибал, брачная татуировка теряла силу и просто исчезала у второго супруга. Каждый раз просыпаясь, тут же смотрел на свою руку и выдыхал — на месте. Но легче от этого становилось лишь на мгновение, затем я снова шёл в Хранилище и по новой изучал записи Бровика.

Попробовали с Кричем создать механизм переноса в другой мир, но он не действовал, чего-то не хватало, а чего — не понимали, и в записях мага этого не было. Я ещё несколько раз разговаривал с Трэйси в надежде, что она хоть что-нибудь вспомнит. При наших разговорах всегда присутствовал Мард, опасался, что я сорвусь и сожгу девчонку в порыве ярости. Она объяснила, что Цирцилион запечатан магией, Оливия своей силой не может воспользоваться и пробиться ко мне, не может открыть портал, и мы, в свою очередь, не имеем возможности попасть туда. Замкнутый круг.

Я скучал за своей девочкой — безумно, невыносимо, отчаянно. Иногда желание обнять её было настолько сильным, что мне казалось, будто сейчас чувствую её, она в моих руках, прижимается к груди и сопит носиком мне в шею. Мы так мало времени были рядом, так невероятно мало. Я не успел насладиться ею, напиться, надышаться… наверное, чтобы понять, насколько человек важен для тебя, нужно вот так, потерять его ненадолго, на чуть-чуть. И я понял. Понял, что даже дышать не могу без неё полной грудью, будто мне не хватает воздуха, а она и есть тот живительный элемент, что позволяет мне жить. Люблю её… сейчас понимаю, насколько глубоки мои чувства к Оливии, я так ей этого и не сказал, не успел.

Перебрав все возможности, Мард в конце концов озвучил последний возможный вариант: ждать девять месяцев, пока Бровик не призовёт дочь обратно, сняв защитную магию с прохода. Но это невероятно долго, целая вечность без Оливии. Я должен стараться собрать этот чёртов механизм, пока не получится.

За несколько я дней обыскала каждый уголок в это проклятом доме, но ни магического артефакта и ничего, указывающего на него не нашла. В скромной кабинете Бровика нашла немного записей и пометок, кое-какие книги, вообще непонятно для чего нужные. В своём дневнике маг записывал дату и время прорывов, количество Фаранов, посылаемых им в наш мир и количество Защитников, пришедших в бой. У него был список всех огненных нашего мира по именам и королевствам, последним в этом списке было дописано моё имя.