– Доченька, может ты будешь принимать успокоительные? – вздыхает матушка. – Думаешь, я не вижу твоё состояние, или как тебя порой трясёт? Хватит себя мучать, Варя!

Мама ведь права. Она каждый раз права!

– Мам, все хорошо, – уверяю ее. – Давай уже пирожки свои, – аккуратно съехала с темы, дабы не развивать ее дальше. – А то, у меня уже слюнки потекли.

– Ох, милая моя. – покачала головой мама, и поставила тарелку с пирожками на стол. А я же начала наливать себе снова чай.

Мне нравится, то как начался мой день. Спокойная и тихая музыка играет на фоне, пока мы с мамой завтракаем. Тишина, и нарушать ее не хочется.

И наконец-то я начинаю осознавать, то что мама и вправду права, и мне нужно взять себя в руки и отпустить Максима. Забыть. Вычеркнуть из своей жизни. Всё хватит с меня.

Я человек!

Живой человек, а не бездушная игрушка!

Я медленно пью свой ромашковый чай, чтобы продлить эту тишину и молчание.

И как ни кстати, я вспомнила ту сценку в клубе, откуда в последний раз забирала Максима. Как он откровенно лапал девицу за ягодицы, и при этом с каким-то наслаждением смотрел на меня и впитывал в себя все мои эмоции, что так легко отражались на моем лице. И я поперхнулась чаем.

– Варя, – нарушила тишину мама, и протягивает мне салфетку. – Аккуратнее нужно быть.

И вновь эта картина перед глазами, а мой мозг ещё и додумывает остальное, как Макс с другими зажигал, и как он их потом…

И снова кашляю.

– Я пойду, – встаю из-за стола. – Спасибо, мам.

И быстрым шагом выхожу из кухни, иду к себе в комнату, наспех переодеваюсь в другую одежду, чтобы позорно сбежать из дома.

Выбежала из подъезда, достала телефон, чтобы позвонить своей подружке Вике.

– Варя, привет. – отвечает подруга после первого же гудка, скорей всего опять в Инстаграм ползала.

– Привет, ты дома?

– Да.

– Я приеду?

– Конечно. – без раздумий отвечает подруга.

Я скидываю вызов, и бреду на остановку. Хочу проехаться на автобусе.

Я бы маме, обязательно рассказала о своих подозрениях, но не хочу чтобы она ещё сильнее стала переживать. Буду сама копаться в этом дерьме.

Самое удивительное – это то что Ваня не давал о себе знать со вчерашнего вечера. Ну и ладно. Ну и пофиг.

По дороге на остановку, а заворачиваю за угол своего дома, тут у нас стоят мусорные контейнеры, а недалеко от них стоит типо что-то будки. А в этой будке живет собака по кличке Василиса или просто Вася. Она девочка. Щенок ещё, примерно месяцев восемь или девять, точно не знаю. Я каждый раз к ней сюда прихожу, у меня в рюкзаке всегда есть еда для неё.

Она услышала мои шаги, и виляя хвостом выбежала на встречу и громко залаяла.

– Привет, моя хорошая, – я опустилась на корточки, чтобы почесать Васю за ушком.

Она принялась меня облизывать. Боже, я люблю эту собачку. Ведь простая дворняжка. Животные кажутся такими искренними с тобой, что порой кажется лучше жить с ними, чем с людьми.

Наложила в импровизированную миску влажного корма, и с сожалением произнесла:

– Прости милая, мне нужно идти. Обещаю, завтра приду к тебе.

Вася смотрит на меня, и во взгляде как будто сожаление.

Я ещё раз смотрю на собаку, и ухожу в сторону остановки. Вот не понимаю тех людей, которые сначала берут к себе животное в квартиру, дом без разницы, а потом безжалостно их выгоняют или выкидывают, как мусор на улицу? Для чего тогда? На этот вопрос у меня нет ответа.

Дошла до остановки и стала ждать автобус. Переминаюсь с ноги на ногу, кусая изнутри щеку, от чего-то нервничаю. Щурюсь от яркого солнца, которое раздражает глазное яблоко. Может мне действительно обратиться к врачу. Может я все это выдумала, я имею ввиду этот диагноз. Ведь раньше все было хорошо. Я и не была такой нервной. Так почему теперь я такая?

Подъезжает автобус, и я залезла внутрь салона, заняв место у окна. Подошла женщина-кондуктор, и я расплатилась за проезд. Потом достала из рюкзака наушники, воткнула их в телефон и включила песню Mr.Kitty – after Dark.

Ехать мне не близко, и солнце продолжает раздражать глаза, и поэтому я откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза. И просто стараюсь не о чем не думать, а под этим я подразумеваю Макса. Он последний человек, о котором я стану думать. После всего, что он сделал. После того, как уничтожил меня. Растоптал. Унизил.

Но и с тем, я готова все потерять ради него. И когда гаснет свет, и только для него, разгорается пламя. Вот такая я дура.

Иногда я себя чувствую одинокой, даже не смотря на то что у меня есть мама и подруга Вика, но все равно это ничего не меняет, а точнее мое внутреннее состояние.