— Это не значит, что я не ленюсь, — проговорила Лиза, закатывая глаза.

— Что это была за книга?

— «Призрак Оперы». Я ее уже почти закончила, но тут вышла новая серия «Сплетницы», и мне, конечно, пришлось смотреть ее, но было уже поздно, и я заснула. Поэтому я просто посмотрела концовку фильма на Ютубе на своем телефоне, пока мама везла меня сегодня утром в школу.

Вэл продолжала пить сок. Это казалось безопаснее, чем комментировать.

— Что девчонки находят в этом сериале?

— Это хороший сериал!

— Моя бывшая заставляла меня смотреть его, и я никогда не видел в этом смысла. Кучка богатых девушек, сидящих и болтающих о том, откуда взялись их туфли. Слабый сериал.

— В нем не надо искать никакого смысла, — рассердилась Лиза. — Это просто забавно.

— Может быть, для тебя забавно. А ты, Вэл? — спросил Джеймс. — Ты тоже увлекаешься этим мусором?

— О, Вэл выше этого, — сказала Лиза, прежде чем Вэл успела ответить. — Она и парень со Списком жертв, по-видимому, предпочитают — ой! Вэл, какого черта? Это блин больно!

Вэл ударила ногой свою предполагаемую подругу под столом.

— Ты же обещала!

— Я не думала, что ты имеешь в виду Джеймса, — запротестовала Лиза, потирая голень.

— Когда я сказала «никому не говори», я имел в виду никому!

— Парень со Списком жертв? — вмешался Джеймс. — Этот странный старший? Тот, кто, как все думали, собирался взорвать школу? Ты встречаешься с ним?

— У него есть имя.

— Ага, а еще он поставил мне двойку с минусом за мой промежуточный художественный проект. Так что мне все равно.

— Он ассистент преподавателя в твоем классе? — спросила Лиза, бросив взгляд на Вэл.

— К сожалению.

— Что ты нарисовал?

— Мой мяч и перчатку. Он сказал, что рисунку не хватает глубины. Я подумал: «Какого хрена? Это мяч и перчатка». Они просто предметы. Слава богу, теперь мы перешли на людей.

Он снова повернулся к Вэл.

— Эй, где ты была сегодня? И вчера тоже? Я тебя не видел.

— На улице. Мисс Уилкокс разрешила мне начать работу пораньше.

— О… — Джеймс нахмурился. — Но для выполнения задания нам ведь требовались партнеры?

— У меня был напарник.

— Но все остальные были… — он замолчал, и на его лице появилось понимание. — О.

— О? — Глаза Лизы расширились. — Стоп… Список Жертв — это твой напарник?

— Гэвин, — холодно поправила Вэл.

— Ясно. Так вот почему ты смотрела в свой альбом. У тебя там есть его изображение? — сказала она торжествующе, мельком взглянув на покрасневшее лицо Вэл. — О, я хочу посмотреть.

— Прекрати, Лиза.

— Он тебе позирует? — Лиза помолчала. — Голым?

Вэл спрыгнула со скамейки и выдернула рюкзак, когда Лиза игриво схватила его.

— Я сказала, прекрати! Оставь меня в покое!

Лиза опустила руку.

— Вэл…

— Почему ты меня так достаешь? — спросила Вэл, полностью игнорируя Джеймса. — Ты что, ревнуешь?

— Вовсе нет! Я просто думаю, что ты слишком торопишься во всей этой историей с Воздыхателем.

— Я заметила, — сказала Вэл, — и твои предостережения становятся очень, очень раздражающими.

— Да ладно, Вэл, — сказал Джеймс. — Лиза не хочет ничего плохого. Она просто дразнится.

— Ну, мне не нравится такое поддразнивание. И она знает, что мне это не нравится.

— Прости меня за то, что я забочусь о тебе, — проговорила Лиза, — и не хочу, чтобы ты пострадала.

— Тогда не лезь, — отрезала Вэл. — И к твоему сведению, Гэвин был не кем иным, как джентльменом — «в своем роде» — и до сих пор ты вела себя гораздо более обидно и подло, чем он. Так почему бы тебе не сделать всем нам одолжение и не заняться своими делами?

— Может быть, я так и сделаю, — обиженно сказала Лиза.

— Впервые в жизни, — съязвила Вэл.

— Ух ты, — сказал Джеймс. — Это действительно жестко, Вэл.

Она посмотрела на него, затем на Лизу, потом развернулась и пошла прочь. Один из них крикнул ей вслед, но она не обернулась, боясь, что они увидят слезы, сверкающие в ее глазах, если она это сделает. Не поднимая головы, она направилась в ближайший туалет.

Люди всегда говорили ей: «Вэл, ты должна постоять за себя!» — Они говорили, что, настояв на своем, она будет чувствовать себя хорошо. И в каком-то смысле так оно и было. Она испытала дикое удовлетворение, увидев, как широко раскрылись глаза Лизы, с уважением — и, возможно, немного со страхом.