– Да нет, ничего такого. Они с Элизой были обычной молодой семейной парой, я не могу ничего такого припомнить.

– А вы давно женаты с Люси? – с любопытством спросила я.

Кажется, Люси это не очень понравилось, она резко развернулась и на её лице появилось злость.

– Уже около десяти лет, – сухо отрезала она.

– Рон, где вы были вчера с восьми вечера до сегодняшнего утра? – спросил Брайн.

Глаза парня быстро забегали.

– Я, что, подозреваемый? – возмутился Рон.

– Нет, это стандартная процедура опроса.

– На работе я был, как и сказал. Моя смена начинается в шесть вечера и заканчивается в шесть утра.

– Нам потребуются координаты вашей фирмы.

Рон продиктован адрес фирмы, Брайн записал его себе в блокнот.

– Люси? – спросила я.

– Я была дома, детектив Берч. Но ничего подозрительного не видела. Я занималась стиркой, потом готовила и на улицу даже не выходила. В одиннадцать часов вечера я легла спать и проспала до утра, пока не пришёл Рон.

– Рон, постарайтесь вспомнить, когда вы приехали, может вы заметили, что-нибудь? Какие – то движения возле дома, или может, горел свет, или не знакомую машину? – настаивал Брайн.

Рон задумался на минуту, пытаясь воссоздать в памяти, что он видел, потом отрицательно помотал головой.

– Простите, детективы, мне очень жаль, но ничего я припомнить не могу. Я был очень уставший, даже если бы что то и было, я просто с ног валился и не обратил бы на это внимание.

Я посмотрела на Брайна и подала ему знак, что нам пора закругляться.

– Спасибо вам, что поделились информацией, если что-то вспомните, вот наши данные и контакты для связи, – Брайн положил перед ними на стол визитку.

Люси поспешила нас выпроводить.

– Найдите тех, кто это сделал. Теперь у нас весь район будет жить в страхе!

– Мы сделаем все, что в наших силах. Всего хорошего.

Вырвавшись наконец-то на воздух, мы поспешили вернуться к дому Эвансов. Толпа людей уже немного рассосалась, патрульные продолжали вести опрос. Камеры репортеров снимали всё, что могли. Трупы в закрытых темных мешках начали выносить и дома и аккуратно грузить их в машину.

Мы остановились возле моей машины.

– Что скажешь о семье Треволл? – сложив руки на груди и облокотившись на капот машины, спросила я у Брайна.

Он ослабил свой галстук и встал рядом со мной.

– Кроме того, что Рон младше Люси лет на десять, а может и того больше, ничего подозрительного. Я осмотрел первый этаж, но ничего не обнаружил. Тебя что -то насторожило в них?

– Нет. Только на втором этаже, висят картины с распятиями и всей это чепухой. Люси видимо глубоко религиозна. Видел, по всему дому всюду висят лампадки, свечки, иконки.

– Это не повод для подозрений, Глория.

– Сейчас все попадают под подозрение. Надо пробить её мужа Рона, скинь мне адрес его фирмы, я сейчас позвоню туда. Может быть, он и не был ни на какой работе. А ты, пойди, погори с Джимом, соседом Макса Эванса, с которым он близко дружил по словам Люси, конечно если застанешь его дома, а потом позвони нашему гению электронщику Левински, пускай начинает копать в направлении странных чисел и стихов. И передай ему, что если нужно, пускай весь свой отдел кинет на это, майор Броуди не даст нам спуску, пока мы не закроем это дело. Я пока достану портативный компьютер и посмотрю, что у нас есть по этим ребятам которых выносят в закрытых мешках. Нужно оповестить их родных.

– Давай, нам давно нужно было это сделать.

Я сходила в машину и взяв оттуда нетбук загрузила в базу данных имя Макса Эванса.

– Так, у него нет приводов, он чист, из родных только дядя с тетей, живут в Оклахоме.

Брайн записал номер, чтобы сообщить о смерти их племянника.

– Так, теперь Элизабет Эванс. Брайн, господи, посмотри кто у неё отец! – я указывала пальцем на имя.

Брайн взглянул на экран.

– Вот же хрень! Только этого нам не хватало для полного веселья. Её отец Бен Паркер – это же помощник сенатора! Теперь нас будут поджаривать со всех сторон круглые сутки. Черт! Черт! – выругался Брайн, пнув ногой первый попавшийся камень. – Глория, езжай-ка ты сама к семье Бена Паркера прямо сейчас, пока журналисты не опередили тебя, нужно ещё майору доложить об этом.

Брайн набрал номер и отошел сообщить новость родным Макса Эванса. Это всегда крайне тяжело делать, хоть это и входит в наши обязанности, но реакция людей всегда разнообразна, и так или иначе нам приходиться оказывать психологическую помощь, поддерживать их и вселять в них чувство веры в силы полиции, что преступник будет найден. Конечно, мы не волшебники чтобы раскрыть все дела, и порой очень много дел так и лежат у нас нераскрытыми, за отсутствием улик или же просто от недостатка времени.