Шрифт:
— Этот? — кивнула она в сторону Монти
— Да… Только не реви… Надо Лену сначала как-то из ступора вывести, пока умом не тронулась.
Девушки подняли ее, перетащили в спальню и положили на кровать рядом с Димой, голова которого была обмотана окровавленным бинтом.
— Он ему тростью голову проломил. — Сказала Тереза, предвидя вопрос Юдит. — Пока не поздно, нужно сматываться отсюда.
— Не нужно сматываться, — услышали они мужской голос, и испуганно оглянулись.
В дверном проеме стоял Атилла. Лена тоже повернула голову, прищурившись, внимательно посмотрела на него, после чего медленно встала с кровати, подошла почти вплотную… и плюнула ему в лицо.
— Зря, — тихо сказал он и вытерся рукавом.
Лена замахнулась, чтобы ударить, но тот спокойно отошел в сторону и она лицом к лицу столкнулась с… Андреем.
— Ты-ы-ы… — словно выдохнув остаток жизненных сил, произнесла Лена, и ее ноги подкосились.
ГЛАВА 50
Иваныч уже застегивал сумку с вещами, чтобы ехать в аэропорт, когда раздался телефонный звонок.
— Сережа! — услышал он в трубке радостный голос Светланы. — С Леной всё хорошо! Они сегодня прилетают!
— Ну вот видишь… Я же тебе говорил…
— Боже мой, как я счастлива.
Светлана Владимировна бегала по квартире дочери, не зная за что схватиться, чтобы стало еще чище и уютней. На кухне ароматно пахло едой, полы сверкали чистотой, шторы источали запах свежести. Она действительно была счастлива, счастлива вдвойне — возвращается Ленка и возвращается любовь. Много лет она верила, что бог поступил несправедливо, обделив ее этим самым счастьем. И вот но пришло. Трудной была эта дорога. Особенно тяжелыми оказались последние дни, но всё обернулось так, как она хотела и беда прошла стороной.
Уже с порога Светлана Владимировна обрушила на Андрея и Лену все накопившиеся эмоции. Она обнималась и целовалась, кормила их чуть ли не с ложечки, расспрашивала, снова целовалась и ни на секунду не отводила глаза от дочери. Как она изменилась за эти дни… Повзрослела, что ли… Какой-то взгляд не такой… Похудела немного… И всё это время её точило лишь одно желание — рассказать о своем счастье, по-бабьи посплетничать о наболевшем. Поймет ли?
Андрей, осоловев об обилия вкусной еды незаметно вышел из гостиной и устроившись на своем любимом диванчике, сладко уснул. Он впервые ни о чем не не думал. Всё было позади, и уже не было смысла вспоминать те мгновения, когда он после удара электрошокером очнулся в багажнике мчащейся машины. Руки и ноги были связаны, рот залеплен скотчем. Что должно было последовать после этого? Тут даже не нужно было ничего выдумывать. Он пытался дергаться и кричать, но всё было бесполезно, тело не слушалось. Наконец машина резко остановилась, хлопнула дверь и дальше тишина. Андрей зачем-то начал считать, уверенный в том, что это последние минуты его жизни. От безысходности слёзы сами собой катились по щекам и жгли веки. …Сто восемьдесят пять…, сто восемьдесят шесть…, сто восемьдесят семь… Неожиданно крышка багажника открылась и яркий свет ослепил и без того ничего не видящие глаза. Сверкнуло лезвия ножа… Андрей еще сильней зажмурился… Всё… Неужели всё?…
Вдруг он услышал звук лопнувшего скотча и руки стали свободными, через мгновение то же самое произошло и с ногами. Кто-то схватили его, вытащили из багажника и сорвали скотч со рта. Андрей протер слипшиеся от засохших слез глаза и увидел перед собой Атиллу.
— Ну давай… Делай свое дело… — набравшись смелости произнес Андрей.
— Ты ду-рак, — сказал тот в ответ, коверкая знакомые русские слова, — Я не убивать… Я друг…
Атилла взял его за руку и потащил за собой в подъезд. И только сейчас Андрей узнал этот двор. Здесь же жила Юдит…
— Куда ты меня тащишь? — закричал он.
— Иди… Молчать, — односложно ответил Атилла.
Андрей стоял за его спиной и краем глаза видел страшную картину. Он боялся повернуть голову, всё и так было ясно…
И вдруг Атилла резко отошел с торону и прямо перед собой Андрей увидел глаза Лены. Они сначала были полны злобы, горели каким-то яростным огнем…, затем моментально изменились, наполнившись удивлением, непониманием и восторгом, но тут же помутнели… и он едва успел подхватить ее обмякшее тело.
— Ленка, ты даже себе представить не можешь, какая я счастливая, — наконец не выдержала Светлана Владимировна.
— Мама, у тебя такие глаза стали. Я не помню, чтобы они раньше так светились. Такое бывает только у влюбленных.
— А я и влюбилась…
— ???
— Да, влюбилась! Леночка, ты представляешь, я оказывается умею любить.
— И кто же это счастливчик?
— Мы были знакомы еще со школы. Он…, — Светлана Владимировна запнулась, подбирая нужные слова, — Он… любил меня. Я тоже его любила…, но вышла замуж за другого… В общем, Лена…, я снова встретилась с твоим… отцом… С твоим настоящим отцом.
— Вот это новость! — Восторженно произнесла Лена. — Это же замечательно! Ты что, простила его?
— Я всё забыла давно.
— Когда познакомишь?
— Ну сегодня уже поздно, но завтра обязательно к нему поедем. У него такой дом…
— Ой, мамуля, я смотрю ты совсем голову потеряла.
Светлана Владимировна улыбнулась и чтобы скрыть свое смущение и избежать дальнейших подробности, начала убирать посуду. Она возилась на кухне, и не услышала, как зазвонил ее телефон. Лена взяла его со стола, взглянула на экран, на котором высветилось фото звонящего, и изменившись в лице, отбросила его в сторону.