— Вы ведь пустите их вперед? — тихо произнесла каро. — Их всех перебьют.

— Лучше не произносить такие вещи вслух, — раздался деликатный голос за их спиной. Тобиас обернулся и встретился с уставшим взглядом Аулуса. — Нам всем страшно, Сьерра.

Она поникла и уставилась себе под ноги.

— Дойди до столовой, принеси что-нибудь поесть мне и себе, — велел Тобиас притихшей девчонке.

— Столовая через один дом, — Аулус указал на низкое строение, из которого выходили раскрасневшиеся солдаты. Обед подходил к концу. Каро кивнула и ушла, и Аулус повернулся к другу. — Умная девчонка.

— Это ее и губит, — Тобиас раздраженно дернул плечом.

— Я оставил тебе теплую воду, — сказал Тобиас, выходя вечером из умывальной комнаты. Они вернулись поздно, не попав даже на традиционный вечерний совет у Императора. Тобиас послал слугу за целителем и быстро смыл пот и грязь после тяжелого дня. На первый взгляд рабы были совершенно необучаемы. Он был готов впасть в панику, если бы не спокойствие Аулуса и Риалана. Было похоже, что эти двое отлично поладили между собой и вместе слаженно организовали тренировки.

— Лорд советник, вы решили окончательно себя добить? — старый целитель с упреком сдвинул седые брови, колдуя над его раной. — Вам нельзя так перенапрягаться. И, в конце концов, с целителем такого уровня вы вообще могли забыть о ране еще утром, — он кивнул на неслышно появившуюся из умывальной Сьерру. Целитель наклонился к его уху и добавил: — Держать ее, вопреки Высшим Законам, рабыней, да еще и в этом ошейнике — свинство.

— Я подумаю над вашими словами, — процедил Тобиас, натягивая ночную рубаху поверх повязки.

Едва за целителем закрылась дверь, в комнату заглянул слуга и передал Тобиасу свернутый холст. Поблагодарив его, Тобиас повернулся к тихо сидевшей на своей кушетке каро. Ее мокрые волосы прилипли ко лбу, и Тобиасу едва удалось сохранить ровное дыхание.

— Возьми это, — он протянул холст. — Карта Чериады и окрестностей.

— Что я должна с ней сделать? — ее брови взлетели вверх.

— Изучи во всех подробностях.

— Зачем?

Тобиас нетерпеливо фыркнул.

— Я приказываю, ты выполняешь! Что за дурацкие вопросы?!

Она коротко кивнула, крепко сжимая карту и отворачиваясь.

— Если мы проиграем, ты должна бежать, — голос Тобиаса смягчился. Он сел на кушетку рядом с ней и встретил растерянный взгляд. — Камень Обладания будет разрушен, если я погибну или буду пленен, Горон обещал об этом позаботиться.

Тобиас разжал пальцы Сьерры и взял ее руку. Тонкая розовая кожа была искорежена, ожог только начал заживать. У основания ладони она была содрана — так сильно Сьерра стиснула карту. Тобиас взял со столика бальзам и остатки бинтов и принялся намазывать кровоточащую ссадину.

— Давай вторую руку, — он поднял взгляд на ее лицо и замер. — Ты чего плачешь?

Сьерра отчаянно затрясла головой, а потом вдруг выронила карту и порывисто прижалась к нему, утыкаясь носом в плечо. Тобиас неуверенно положил руку на трясущуюся спину.

Каро рыдала долго и с упоением, промочив насквозь тонкую ткань его рубахи, а Тобиас, закусив губу, гладил ее по спине. Под пальцами отчетливо прощупывались ребра, подбородок холодили влажные волосы.

— Сьерра, — прошептал Тобиас, когда она начала успокаиваться. Она шмыгала заложенным носом и дышала ртом, и хотела отстраниться, но Тобиас только сильнее прижал ее к себе. Прислонившись разгоряченной щекой к прохладному влажному еще затылку, он закрыл глаза.

Через минуту Сьерра выбралась из его объятий, достала мятую тряпицу и громко высморкалась.

— Простите, мой господин, — не глядя на него, гнусаво сказала она.

— Не извиняйся.

Тобиас со вздохом встал и дошел до кровати. Зарывшись в прохладные простыни, он пытался успокоить неровный ритм сердца. Он уже думал, что ему это удастся, когда плеча коснулась осторожная рука. Вздрогнув, он обернулся. Ловя отблески каминного огня, в темноте блестели глаза замершей у кровати девушки. Тобиас выдохнул, обхватил ее запястье и потянул на себя. Сьерра покорно забралась на кровать. Тобиас перевернулся и навис над ней. Мазнув губами по ее щеке, он прильнул к тонкой шее. Дыхание каро сбилось, сердце бешено стучало.

Сквозь шум крови в ушах Тобиасу послышалось собственное имя, прежде чем он окончательно потерял над собой контроль.

— Мой лорд, проснитесь!

Этой ночью Тобиас впервые смог самостоятельно заснуть. Как ни странно, его даже не мучали кошмары. Каро, которую он прижимал к себе, была словно оберегом от бессонницы.

— Мой лорд!

Он разлепил глаза и непонимающе уставился на слугу. Ему казалось, до рассвета еще далеко.