Бабушка закончила кашеварить и ушла. Квартира опять погрузилась в тишину. Лишь телефон светился в темноте. Его экран притягивал мрачных призраков. Живот начал болеть и не переставая бурлил. То и дело к горлу подступала горьковатая волна, которую Александр тушил остатками чая. Казалось, что скоро все закончиться.

Перевалило за полночь и настал новый день. Сегодня свой праздник рождения справлял старый друг (не тот, который подло предал), а надежный и верный. Саша набрал текст поздравления и отослал его. Телефон садился. Машинально юноша поставил его заряжаться, а сам откинулся головой на подушку. Волна тепла превратилась в настоящий жар. Живот сводило от боли.

«Спокойной ночи», – подумал Саша и закрыл глаза.

Бледный свет струился через закрытые шторы. Решетки на окнах давно облупились и теперь казались ребрами жуткой клетки, в которой содержался преступник. Самоубийство! Преступление против человечности! Как аморально!

Александр открыл глаза и сначала подумал, что умер, но через секунду понял, что обознался. Проклятая старуха-судьба решила сохранить жизнь. Осознать это было тяжело, так как весь настрой был испорчен. Саша вскочил с кровати и протер слипшиеся глаза. Какой-то зов звучал в голове. Юноша достал из ящика веревку и завязал петлю.

«Посмотрим, как эта судьба теперь посмеется!»

На люстре появился длинный отросток, словно обрубленная пуповина, висевшая в пространстве. Александр глотнул немного холодной воды и поставил на пол стопки университетских книг. Потом залез и сунул голову в петлю. Слезы бежали по щекам. Зов не прекращался, показываясь, словно солнце из-за горизонта. На шею давило со страшной силой.

Голубой свет из окна падал на приставленный к стене стол. Этот свет был таким красивым, хоть и холодным. Времени на размышления не оставалось. Саша скрестил запястья за спиной и прыгнул со стопки книг. Петля натянулась и сжала в своих объятиях тонкую шею. Прошла секунда, а потом юноша почувствовал пятками твердый пол. Петля не выдержала веса и развязалась. Судьба не хотела, чтобы этим прекрасным утром умирал молодой человек.

– Почему ты меня мучаешь, жизнь? Дай мне спокойно умереть! Я все равно не нужен Ане, а без нее нет смысла дальше влачить дурацкие дни.

Александр принялся заново завязывать веревку. Все же петли вязать – это великой искусство, доступное далеко не каждому. Юноша завязал двойную петлю и проверил ее на прочность, сильно дернув.

«Лишь бы люстра не отвалилась», – подумал он.

Шаткая стопка толстенных книг раскачивалась от малейшего движения, отчего приходилось быть осторожным. Саша сунул голову в петлю и затянул ее. Как и в первый раз, он скрестил руки, чтобы ни за что не цепляться ими.

Оставалось только спрыгнуть. Это так просто. Один шаг в пустоту и миллион шагов в бесконечность. Саша подался в перед и почти упал, но в последний момент сбалансировал на книгах и выпрямился. Он только что совершил действие, спасшее ему жизнь. Что-то несознательно призывало его бросить это дело и пойти завтракать. Юноша снял петлю и ступил на пол. Книги повалились и импровизированный помост перестал существовать, как цельная единица. Александр стал бродить по комнате, подобно тигру в клетке. Четыре стены сдерживали душу и не давали ей покинуть тело. Четыре стены были тем местом, из которого хотелось вырваться.

Саша включил телефон и позвонил Роме.

– Саня, как ты? – взволнованно раздалось на том конце.

– Живой. Таблетки не подействовали, видать доза была маленькой, а петля не выдержала. Даже умереть я не могу, ничтожество. Смотрюсь на себя в зеркало и вижу красный след от веревки. Какой-то миг я все-таки провисел в воздухе. Знаешь, я тут подумал и понял, что нет таких проблем, с которыми можно не справиться. Любовь. Привязанность. Все это такая ерунда, не стоящая и капли пролитой крови. Эту неделю я прожил, как полноценный человек, но ожидающий неминуемого конца. У меня был хороший друг, которому я доверял самые сокровенные мысли. Так вот, он подло предал меня. Он подвел меня к черте. Если бы Аня ничего не знала, то проблемы, как таковой не существовало бы. Все это можно было бы замять и дальше общаться с ней. О нет! Нашелся добродетель, испортивший мне жизнь. Теперь Аня ненавидит меня. Это ужасно!

– Он хотел поступить, как лучше. Думал, что Аня прибежит спасать тебя.

– Да ей наплевать! Знаешь, что она написала?

– Что же?

– Я переживу. Черт возьми, она переживет мою кончину! От того рядом я или нет ей холодней не станет.

– Не вини его.

– Да я никогда не смогу простить такое предательство. Столько лет активного общения пошли коту под хвост. Минус один друг, минус одна любовь.

– Что собираешься делать?

– Что угодно, но только не умирать. Пойду прогуляюсь, подышу воздухом. Буде жить всем бедам назло. Спасибо, что хоть ты остался со мной. Я это очень ценю.

– Я рад, что могу хоть как-то помочь.

– Благодаря этому нашему разговору, открываются мои глаза. Нет, правда. Только стоя на грани, понимаешь, как прекрасна жизнь. У тебя тоже не все гладко, но не совершай моих ошибок. Теперь я твердо уверен, что жить надо, как бы тяжело и больно не было. Лишь стоя в двойной петле, понимаешь это. Как хорошо, что можно вот так выговориться. Сердце колотиться с бешеной силой, лоб весь в поту. Надо выйти на воздух. Давай, удачи. Я всегда на связи.

– Бывай.