Джонар и Гефеста были женаты более двадцати лет. До Отключения оба были пользователями-инженерами и работали на одну из ныне упраздненных правительственных организаций. В молодости у Джонара начало ухудшаться зрение, и по тогдашней моде он решил заменить глаза на искусственные. Импланты транслировали мир с идеальной четкостью и расширяли возможности самой дополненности, что для инженера было как нельзя кстати. Но когда случилось Полное Отключение, Джонара выбросило, и подключиться обратно ему уже не удалось. Искусственные глаза оказались бесполезны: без дополненности они не могли видеть полноценно и различали лишь контуры и тепловые пятна объектов. Карьера Джонара была окончена. Гефеста, которой удалось восстановить дополненность за два дня до точки невозврата, приняла решение избавиться от своих линз. Вместе с мужем она спустилась с уровня Нобеля на Маркса, обретя счастье в высокой текучке сотрудников-сепарантов, среди настоящих итальянских печей небольшого бизнеса.

– Смотри мне, – пригрозил Джонар, когда последняя складка ночной рубашки Гефесты исчезла в темноте коридорчика. – Если узнаю, что ты замешан в чем-то грязном, я буду первым, кто сдаст тебя Гармонии. Это понятно?

Джонар подозревал, что Джун занимался распространением праймина. Но не расскажешь же, что никакой ты не вшивый дилер, а киберпреступник с именем, на котором теперь столько крови.

– Босс, вы раните меня своими беспочвенными обвинениями, – сказал Джун. Отчасти он паясничал, отчасти оскорбился по-настоящему. – Я просто понял, что не могу вечно рассчитывать только на спонсора и удачу. Почему вы не верите мне? Считаете, что ваша жена была недостаточно проницательной, принимая меня обратно?

– Очень надеюсь, что ты действительно что-то понял, – пробурчал Джонар и наконец ушел. Очередная проверка закончилась.

Спустя несколько минут терминал жалобно загудел, оповещая, что в зале обслуживания клиент-пользователь безуспешно пытается сделать заказ. Джун вздохнул, поднимаясь и подхватывая со стойки планшет. Работать с клиентами напрямую, используя планшет для синхронизации с их дополненностями, было унизительно. Но на это унижение большинство сепарантов шло без лишних раздумий.

Сгелитиевая лестница пошатывалась под каждым шагом, и, соскакивая с последней ступеньки, Джун увидел перед одним из полотен для пользователей не такого уж и незнакомца. К сожалению, в ночную смену в «Пиццериссимо» не было никого, кто бы мог его заменить.

– Привет. – Джун отвлек гостя от бессмысленных попыток выбрать пиццу. – Я могу чем-то помочь?

– Привет, – отозвался новый парень Кайтен, подняв брови: он явно узнал Джуна. Он выглядел несколько потрепанным – не выспался. Видеть его здесь так рано в понедельник было странно. – Ты, значит, тут работаешь? Джен, правильно?

– Джун. – Сохранить невозмутимость было задачей не из легких.

– Прости, я не всегда запоминаю имена с первого раза. Я Виктор. Вик.

Джун пожал плечами и уткнулся в планшет. В прошлый раз они пересекались на территории, где Джун был в себе уверен, теперь же он чувствовал себя некомфортно – маленькая жертва, которую он вынужден был приносить на алтарь своей безопасности. Ему следовало смириться, что таких будет еще много – день за днем, еще черт знает сколько времени.

– Сейчас тебе в дополненность придет оповещение от приложения «Пиццериссимо». – На слух дурацкое название всегда казалось еще глупее, но Джун заставил свой голос звучать безразлично. – Нужно дать согласие, и тогда подгрузится каталог. Просто скажешь мне, что решишь выбрать, и я отправлю заказ на кухню.

– Проблемы с электричеством?

– Угу.

– Так… – Вик принялся внимательно оглядывать сущности, которых Джун видеть не мог. Ему понадобилось около двух минут, чтобы определиться. – Номер четырнадцать, с собой…

– Какие-то добавки? Дополнительный сыр?

– Нет, спасибо… Не хочу, чтобы пицца была слишком жирной.

– Угу. – Стилус Джуна ловко перемещался между секциями с добавками, непринужденно внося в итоговый чек, помимо увеличенной порции сыра, двойную пепперони. Чтобы пицца заплыла жиром наверняка. Ничего не подозревавший Вик прислонился к наружной стене здания и устало зевнул в непрогретый воздух. Из его рта вырвалось облачко пара.

– Чего ты такой помятый? – спросил Джун.

– Работы много… – сказал Вик.

– В ночь на понедельник?

– Обстановка напряженная. Непонятно, кто стоит за всеми этими атаками и как далеко он зайдет… – Он покачал головой, показывая, что был бы рад не думать об этом хоть какое-то время.

– Давно виделся с Кайтен? – спросил Джун, просто чтобы посмотреть на его реакцию.

– В пятницу… – Это прозвучало так грустно, будто с пятницы прошла целая вечность.

Иногда Джун ненавидел себя за привычку подмечать такие детали в банальной смене интонаций: это давало много лишней пищи для размышлений. Отношения Кайтен с этим Виктором его не касались.

– Ее коллега стала жертвой Монстра, – произнес Вик.

Услышанное вышибло из Джуна дух. Было очень трудно принять сочувственно-равнодушный вид и ничем не выдать истинных эмоций.

– Ты же, наверное, слышал об убийствах, – Виктор неуверенно покосился на него.

Джун не сразу понял, о чем он.

– Я сепарант, а не слепой и глухой, – огрызнулся он, пожалев, что успел отправить заказ на кухню. Виктор заслуживал еще порции пепперони в свою пиццу. Но не стоило демонстрировать неприязнь так открыто, и Джун добавил мягче: – Тут все только об этом и говорят. Смертельный импульс, воздействующий на нервную систему. Много жертв. Мне очень жаль, что это коснулось Кайтен. И жаль эту девушку.