— Да нет! Все нормально! — даже испугался ее извинений Виталик. — Это я не должен был думать про тебя плохо! Ты меня прости!

Он тоже обнял ее. Так они и стояли. Она прижимала его к себе, а он гладил ее по волосам.

— А почему ты скрывала? — спросил он.

— Понимаешь! — смутилась Вера. — Люди часто относятся к этому с каким-то пренебрежением. Начинают фыркать, мол, такая молодая, а туда же, занимаешься этим… Бабушке старой подстать… Все почему-то считают, что в этом мире для молодости есть гораздо более подходящие вещи, чем религия. Пьянки, гулянки, бесконечные расслабления и оттягивания. Вот чего приводят мне в пример! Я боялась, что услышу от тебя что-нибудь подобное! Я бы не перенесла, если бы ты выказал пренебрежение…

— Гм! — смутился Виталик. — Я как бы… Эх! Скажу честно! Я ведь по сути так же как они думаю! Я не лучше их! Просто я не могу выказать пренебрежение к тому, что связано с тобой?!

И Вере сделалось легко и покойно. Она взглянула в его глаза.

— К тому же мне начинает казаться, что люди слишком поспешно судят об этом деле! И слишком много предрассудков. Вот я чуть-чуть прикоснувшись через тебя, уже вижу, что все совершенно не так, как я думал до этого.

— Да! Я расскажу тебе! — с жаром воскликнула Вера, тут же спохватилась. — Если конечно тебе будет интересно!

— Мне уже интересно! — улыбнулся Виталий. — По-моему, зря ты это скрываешь! Какая тебе разница, что подумают люди? Наоборот! Нужно возжигать свет…

— Я не проповедница! — грустно ответила Вера. — Просто верующая! Я нашла в этом свое успокоение, свою дорогу в жизни… Я никому не хочу навязывать… Я даже не хочу наставлять. У каждого свой путь. И каждый приходит к этому сам! Бог показывает дорогу!

— А как ты пришла… к этому… Ведь мама у тебя не верующая… Бабушка?

— Нет! — глаза Веры опять зажглись теплым светом. Виталик заметил, что когда она говорит о вере, на нее словно благодать сходит. Глаза блестят, она начинает частить, пытаться убедить, чтобы он понял.

— Меня привел Бог. — Просто ответила Вера. — Неисповедимы его пути. Моя учительница в колледже была верующей. Меня заинтересовало. А когда я первый раз побывала в храме, меня настолько удивила эта атмосфера тепла и доброты. Меня так удивило, что люди приходят туда попросить не за себя… не только за себя, но и за близких. Где в нашем мире еще можно прийти и попросить, чтобы у близкого тебе человека все было хорошо!.. И я поняла — что это мое! Что я всю жизнь искала этого и вот наконец нашла…

Вера говорила и говорила, а он стоял и слушал. И души их наконец нашли покой. Он теперь все знал о своей Вере, а она все ему рассказала!

— Поначалу меня смущало и бесило, что я не знаю, что и когда делать! Когда слушать, когда креститься, когда класть поклоны… Это так неприятно, когда стоишь как дура полная и делаешь все невпопад! Но люди там добрые! Они мне помогли! Они все мне помогли!

Виталик не прерывал ее. Он просто слушал. Ей нужно выговориться, да и ему нужно послушать. Ведь важно знать любимого человека до конца! Важно понимать чем он живет, что им движет! Нужно знать это, чтобы можно было заботиться о ней и помогать…

— И там очень много молодых!.. — продолжала Вера. — Наверно ты как и большинство других думаешь, что вера нынче не в моде… Но там очень много молодых! Конечно все верят очень по разному! Но у меня много подружек в храме! И мальчики там есть…

Ну вот! Только от этого ушли!.. Виталик почувствовал как сердце его кольнуло. Неужели опять это неприятное чувство! Ревность! Заткнешься ли ты наконец, втянешь ли свои острые зубки…

Чтобы отвлечься от этого противного чувства, Виталик подошел к православному календарю, висевшему на стене. На него глядел умиротворенный лик Христа. «Православные праздники и посты» — прочитал он, повернулся к Вере:

— Ты и посты соблюдаешь?!

— Конечно! — улыбнулась она. Ей было приятно, что он интересуется этим. Вера принялась объяснять. — Почему думаешь я не выпила тогда пива! Просто была пятница!..

— Пятница?! — удивился Виталик. — А при чем здесь пятница?

— Как?! Ты не знаешь?! — поразилась Вера, тут же спохватилась. Слова посыпались из нее как горох из дырявого мешка. — Понимаешь, каждая среда и каждая пятница — постные дни.

— Каждая?! — поразился Виталик. — Ничего себе!

— Да, каждая! Разве что в пасхальную неделю не так… еще в святки, в Троицкую неделю, потом перед самым Великим Постом…

— Бррр!.. — остановил ее Виталик. — Для меня это темный лес. Но ведь это сложно — каждую пятницу. Ладно, среду! А в пятницу же праздник шофера… В России живем…

— Сложно — это потому, что для тебя среда и пятница просто дни! Они для обычного человека ничего не значат…

— Ну, пятница положим, очень даже значит! — засмеялся Виталик. Вера строго на него глянула, и он тут же постарался придать лицу серьезность. — А что они значат для верующих?