– Сама ты пучи!
– ответил ей отец, - Пичи! Паста такая! У нас же сегодня итальянская пятница!

– Правда? А что мы ели в прошлую итальянскую пятницу?
– обратилась Алька к матери.

– Что-то неприличное, - нахмурилась она, припоминая, - Пепердони какие-то.

И она прикрыла рот рукой, словно испугавшись того, что сказала, и посмотрела умоляюще на мужа.

– И если что, то это тоже была паста, - пояснила Алька для Евы.

– Папарделли!
– возмутился отец.

– Но было вкусно!
– поспешила добавить София.

– Вот! То пепердони, то пучи! Ужос! Ужос! – делала вид, что возмущается, Алька.

Дэн во время всего этого разговора, просто тихо смеялся за спиной у отца, и подыгрывал Альке, пантомимой изображая её эмоции. Когда дошли по Пучи, Ева даже прослезилась от смеха.

– Я согласна и на Пичи и на Пучи, чем бы это ни было, - сказала Ева.

– Я тоже согласна! А если мне кто-нибудь нальёт ещё вина, то ещё и добавки пучей попрошу.

– Пучи у тебя от такого количества вина будут и без добавки, - ответил ей Дэн, наполняя бокал.

– А ты?
– спросила София сына, - Почему не пьёшь?

– Мне ещё Еву везти домой, - ответил он.

– Так пусть остаётся у нас!
– предложила София, - Ева, оставайся!

Ева не знала, как бы повежливее отказаться, но на помощь ей пришёл Герман.

– Соня, мы ещё даже ужинать не начали, а ты сразу оставайся! Давайте, кстати за стол!
– пригласил он всех.

– А ты, пуча, будешь мне помогать, - сказал он дочери.

Она обречённо вздохнула и молча пошла к кухонному столу, разведя руками, так как деваться ей было некуда.

Ева дождалась Дэна, которого в помощниках у отца теперь сменила Алька.

– Куда мне можно сесть?
– спросила она его. Он отодвинул ей стул, рядом со своим местом. Принёс им с Софией их тарелки с бутербродами и сам тоже сел попробовать, наконец брускетту.

– Может я тоже могу чем-нибудь помочь на кухне?
– спросила Ева Дэна, но ответила Софья.

– Ты же гостья! И, думаю, они там сами справятся.

– Но как-то перед Германом Валентиновичем не удобно, - не унималась Ева, - мы тут сидим, отдыхаем, а он возле плиты весь вечер.

– Вот это ты подметила верно! Но сегодня, можно сказать, обычный семейный ужин. А бывают мероприятия, которые я особенно ненавижу. Под кодовым названием "шашлыки". Когда толпа народа приезжает с мясом, пьёт, отдыхает, расслабляется, а он весь день стоит у мангала и жарит это мясо, жарит и жарит. Вот тогда, действительно, у меня сердце кровью обливается, как он устаёт, - ответила ей София, - А сегодня, думаю, что твоё, что моё присутствие с той стороны стола, где он готовит, всё равно ему ничем не поможет.

– Я всё слышу!
– подал голос Герман.

– Гер, Ева хочет тебе непременно помочь, - сказала громко София.

– Ева, что ты! Разве я могу кому-нибудь доверить свою кухню!
– улыбнулся ей издалека Герман, - Но можете забрать у Альки салат!

Ева хотела встать, но Дэн её опередил.

– Пап, правда, посиди с нами! Что-то ты на себя сегодня повышенные обязательства взял.
– сказал ему Дэн.

– Сейчас, Пичи брошу, им надо вариться 22 минуты - ответил ему Герман, - и приду.

Дэн поставил на стол блюдо с салатом и буквально через несколько секунд подтянулись сначала погоняемая полотенцем Алька и затем и сам глава этой дружной семьи.

– Что не накладываем салат?
– спросил он, - хотя это скорее закуска.

– Тебя ждём!
– ответила София, - Как называется закуска?

– Капрезе, - посмотрел на жену с укором Герман, - я делал её сто раз, и ты никак не запомнишь название?

– Зато я запомнила, что она повторяет цвета итальянского флага. Помидоры, моцарела и зелёный базилик! Красный, белый и зелёный!
– она гордо посмотрела на мужа, словно ответила экзамен на пятёрку.

– Ещё оливковое масло и немного каперсов, - добавил Герман.

Дэн положил капрезе на тарелку Еве, она благодарно кивнула.

– Очень вкусно!
– сказала Ева, обращаясь к повару, - я за всю жизнь столько не знала о кухне вообще, сколько сегодня узнала об итальянской.

– О, а если меня не останавливать, то придётся слушать меня весь вечер и все только про еду, - улыбнулся ей Герман.

– Это очень интересно! Я бы слушала!
– улыбнулась ему Ева.

– О, приходи к нам почаще, - улыбнулась София, - ещё одни свободные уши, готовые это слушать - просто подарок судьбы.