Шрифт:
– Сегодня замечательный день для прогулок, - сказала Ева, - Солнечно и очень тепло.
– И всюду снег, - поддержала ее Виктория, глядя вдаль, - Я так люблю снег! И Россию, - добавила, она, немного помолчав, - Но мама увезла меня в страну, где не бывает снега. Хотя, спасибо, что не в Африку.
И она искренне улыбнулась Еве.
– Россия - большая. Здесь тоже не везде бывает снег, - улыбнулась Ева.
– Это не правда! Не всё, где бывает снег - Россия, но в России снег бывает всегда!
– ответила Виктория и они обе засмеялись.
– Я тоже пыталась представить себе этот парк весной, - сменила тему Ева.
– И цветущие розы на всех этих арках.
– Хотела бы я это увидеть!
– искренне поддержала ее Виктория.
– Но розы в нашем климате не растут, - вздохнула Ева.
– Так странно слышать это "но", - ответила собеседница, - Не растут или не зимуют?
– А есть разница?
– удивилась Ева.
– Колоссальная!
– удивила ее Виктория.
– Пойдёмте! Если, конечно, Вы не против прогуляться, - пропищала она.
– Я не против, - согласилась Ева.
– Тогда вниз, - и Виктория показала рукой на левую, ту, что была со стороны Евы, лестницу.
На площадке перед спуском стояла женская статуя с длинными распущенными вьющимися волосами и полуобнаженной грудью. И смотрела прямо перед собой, на статую на правой лестнице. Ева готова была к надписи у ее ног. «Афродита. Венера.» Но на кого она смотрела?
– Подожди, - сказала Ева Виктории, резко сменив направление и почти побежав на противоположную сторону площадки.
К ее удивлению Виктория последовала за ней.
– Гефест?
– уставилась Ева на коренастую фигуру бога.
– Гефест. Вулкан, - прочитала вслед за ней Виктория.
Гефест смотрел вниз. На женскую фигуру у подножия лестницы.
– Но почему Гефест?
– недоумевала Ева, спускаясь.
– Почему что?
– спросила ничего не понимающая Виктория.
– Почему Афродита смотрит на Гефеста?
– толи ответила, толи спросила у девушки Ева.
– Наверно потому, что она статуя и ее так установили, - ответила она недоумевая.
– Да, они все статуи, но мне кажется, в том, куда направлен их взгляд есть определенный смысл. Вот Афродита. Гефест был ее мужем, но любила она Адониса. Вот не удивлюсь, если там стоит Адонис, - и она показала пальцем на подножие левой лестницы.
– Адонис умер, и ее выдали замуж за Гефеста, - ответила Виктория.
– Адонис не умер, его убил Арес, - сказала Ева.
– Ну, живее от этого он не стал, - парировала своим писклявым голосом Виктория.
– Как раз стал! Каждую весну его отпускали на землю повидаться с тоскующей по нему Афродитой.
– По ее просьбе! Или по просьбе Персефоны, - удивила Еву девушка.
– То есть?
– не поняла Ева.
– То есть сам Адонис если бы и вернулся, то только ради Диониса, - улыбнулась в ответ она.
И они спустились к подножию лестницы. Впрочем, судя по шлему, который был виден издалека, Ева и так знала, что Гефест смотрит на Афину. И табличка гласила "Афина. Минерва".
– Гефест смотрит на Афину, - констатировала Ева.
– А Афина смотрит на небо, - задирая голову, сказала Виктория, - Что лишний раз подтверждает ее статус богини-девственницы.
– О, нет!
– возразила ей Ева, отходя от статуи подальше, - Афина смотрит на дом, то есть в пол оборота, но всё же на Гефеста.
– Афине нравился Гефест, но статус богини-девственницы не позволял ей большего, - уверенно продолжила Ева.
– А Гефест был мужем Афродиты, который ни разу к ней не прикоснулся, - поддержала ее Виктория, - Думаешь её, Богиню любви это не задевало?
– Думаешь, поэтому она смотрит на Гефеста, а не на Адониса?
– и Ева прямиком направилась к статуе юноши, если ее предположение было верно.
– Думаю, поэтому она всю жизнь изменяла Гефесту. Потому что любила его. И эта ее безответная любовь от отчаяния делала ее столь безрассудной, - ответила Виктория, - А вот по какой причине смотрят друг на друга все эти статуи мне неизвестно.
И она остановилась рядом с Евой перед статуей Адониса.
– Но, чёрт побери, Виктория, это Адонис!
– воскликнула Ева, - И если ты права, то вон тот хмырь с палкой и шишкой на ее конце, который стоит к нам спиной - Дионис.
– Вы абсолютно правы!
– пропищала Виктория, - Именно потому, что в руках его эта палка.