Да, изменившихся слов было действительно больше четырех.

– Какая ты всё-таки сволочь, Баз! – сказала Ева, открывая глаза.

– Не без этого, - сказал он гордо, - А ты заметила, как красиво там сказано обо мне? «Великое знание!»

– А почему там сказано из мертвого мира? – проигнорировала его бахвальство Ева.

– На этот счёт нет единого мнения, - откликнулся он, - Возможно потому, что фактически этот мир уже умер, ему осталось совсем немного. А возможно, потому, что отец твой из того мира, что давно канул в лету. Причем, в прямом и переносном смысле.

Она зевнула, слушая его речь. И посмотрела на часы. Твою мать! Второй час ночи! А ведь завтра новый, возможно, безумный день!

– Баз, прости, - сказала она, вставая, - но ты не мог бы заткнуть уши? Мне действительно очень нужно пописать, ну и помыться перед сном.

– Я не знаю, что ты там обо мне подумала, - возмутился он, - Но я все-таки джентльмен! Я не позволю себе подглядывать за дамой, тем более подслушивать.

И в голове у Евы образовалась поразительная легкость. Она понятия не имела куда он прятался, но в том, что он умел оставлять её одну – она не сомневалась. Научиться бы еще как-то этим управлять!

Если бы этим утром тяжелым из-за непривычно раннего пробуждения, но таким волнующим из-за ожидаемой встречи, Виктории сказали, что вечером она готова будет на подобный поступок – она бы не поверила. Но вот она стоит в легком халатике на голое тело и уговаривает его лечь с ней в постель.

– Арсений, это всего лишь секс, всего лишь физиологически оправданный акт. Не любовь, не слияние душ, ничего. Тысячи наших сородичей занимаются этим без любви, просто ради детей и никто не считает их ни предателями, ни преступниками. Мне просто нужен ребенок, чтобы выжить и всё.

– Виктория, я – вен, ты не сможешь забеременеть от меня, - уже просто устало, а не испуганно как поначалу, убеждал её Арсений.

– Я – смогу, - возражала ему Вики, - я не просто азур, я – Пророчица, я подчиняюсь другим законам. Я могу забеременеть даже от человека.

– Тогда зачем тебе нужен я? – не сдавался парень.

– Не сочти это за насмешку или издевательство, но это – помощь. Взаимная помощь друг другу. Твоя девушка не сможет дать тебе этого так долго, что ты рискуешь состариться прежде чем лишишь её девственности. А мне не нужно от тебя ничего – ни ухаживаний, ни внимания, ни обязательств. Просто подойди и возьми!

Она скинула халат на пол, и он тут же опустил глаза. Но она подошла ближе и подняла его лицо за подбородок.

– Хочешь, зови меня Изабелла. Я даже могу надеть рыжий парик, если это важно для тебя.

– Пожалуйста, не упоминай ее имя! Она здесь ни при чём, - он старался смотреть только на её лицо, но Виктория заметила, как он мучительно сглотнул слюну. Как голодный перед куском хлеба – подумала Вики и не отступала.

– Я не привлекаю тебя? – она отпустила руку, но он продолжал смотреть ей в лицо и казаться беспристрастным.

– Но, если это будет мой ребенок, как я буду с этим жить? – все еще отбивался он, но перед её обнаженным телом его сопротивление слабело.

– Об этом никто никогда не узнает. Даже если он будет как две капли воды похож на тебя, я найду того, на кого он будет похож больше, - она прислонилась к нему и нежно прошептала ему на ухо – Аааххх!, так, словно он уже начал.

И он не выдержал. Словно обезумевший от запаха крови зверь, он не мог желать ничего, кроме её тела. Он прижал её к стене и начал одной рукой расстегивать брюки. Она стонала и выгибалась. И он вошел в неё. Два мучительных толчка и облегчение. У него слишком долго не было женщины.

Он поставил её на пол и уперся головой в стену.

– Извини, мне нужно лечь, иначе все твои труды окажутся напрасны, - она выскользнула и легла на диван, подняв повыше ноги.

– Спасибо! – сказала она искренне, когда он отдышался и вернул на место части своего гардероба.

Да, у неё определенно получилось искренне, и она позволила себе улыбнуться, только когда он ушел. Она встала, достала маленькую пробирку с крышкой и собрала в неё начавшую стекать по её бедру сперму – на всякий случай, если вдруг ей действительно придется доказывать, что он с ней был. Теперь осталось только заморозить полученный трофей.

И как была в легком халатике на голое тело она отправилась в кухню.

Она закрыла холодильник и только когда повернулась, увидела, что в кухне она не одна. Мамин муж, Лоренцо, стоял, опираясь на косяк и перегораживая входную дверь. Обаятельный как Сатана, с глазами цвета утреннего тумана и бледно-русый, он при этом был каким-то ярким и выразительным. Он улыбался, и взгляд его плотоядно шарил по ее телу.

– Что делает моя милая падчерица в кухне нагишом в середине дня? – поинтересовался он.