– Слушаю?
– раздался грубый мужской голос.

– Здравствуйте, - поспешно ответил Коуэлл, - меня зовут Саймон, я бы хотел записаться к вам на приём сегодня. Вы же работаете по пятницам?

– Да, конечно. Подъезжайте на Стеклянную 23-71, там сейчас мой сын, если он свободен, то примет вас или запишет.

Дальше детектив разговаривать не стал - он и так узнал всё, что ему было нужно.

Бросив трубку в карман куртки, вытащил револьвер, слегка зацепившийся за ремень, и рукоятью разбил стекло рядом с дверной ручкой. Осторожно просунув в образовавшееся отверстие руку, открыл замок. Взяв оружие на изготовку, Саймон проник внутрь и предупреждающе закричал:

– Это полиция! Сложите оружие и не оказывайте сопротивления!

Ответом была тишина.

Держась стены, Коуэлл достиг первой двери и встал сбоку от неё. Взявшись за дверную ручку, резко распахнул дверь и, пригнувшись, быстро заглянул внутрь - никого. Выставив перед собой револьвер, он встал в проход и внимательно осмотрелся: стол, стулья, комод у стены и повсюду прибиты разнообразные фотографии и дипломы. Обогнув стол и убедившись, что за ним никого нет, вернулся в коридор и с гулко бьющимся сердцем подошел ко второй двери. Быстро открыв её, бросился внутрь и чуть не потерял сознание от хлынувшего в лицо запаха крови. Поспешно закрыв рот и нос локтем, Саймон едва смог удержать содержимое желудка - настолько отвратительным было открывшееся ему зрелище.

К стоматологическому креслу был прикован парень, судя по когда-то белому халату, бывший местным дантистом. В глазах у него торчали шприцы, остатки разорванного носа висели лохмотьями, а рот был раскрыт при помощи фиксатора. Также как и лицо, всё его тело было изуродовано ужасными ранами: живот вспорот, грудь иссечена, горло разрезано вертикально от самого подбородка, а на его руки детектив старался вообще не смотреть. И всё вокруг стула было залито кровью, она была везде - на полу, на стенах, в медицинских чашках - везде!

Отвернувшись, Саймон прижался лбом к стене и стал глубоко дышать, одновременно с этим считая от ста до единицы. Немного придя в себя, дрожащей рукой достал мобильник и набрал номер Котермана. Он был настолько шокирован увиденным, что даже, забывшись, плотно прижал трубку к уху.

– Да?

– Стив, - Саймон сглотнул, - это Коуэлл.

– Что? Саймон?! Вот это да! Наступил конец цвета - Коуэлл стал пользоваться мобильным!

– У меня здесь труп, Стив...

Молчание.

– Где ты находишься?
– из его голоса разом исчезло всё веселье.

– Стеклянная 23-71, стоматология под названием...
– голова не желала работать и ему с трудом удалось вспомнить, - под названием "Блистательный Кросстаер". Я сюда вломился и обнаружил труп владельца.

– Вломился?? Какого черта ты вообще там делаешь?!

– Иду по следу. Это "вервольф", Стив. Его новая жертва.

– Дерьмо!... Никуда не уходи! Я сейчас направлю к тебе наряд.

– Нет, Стив, - возразил Саймон, - у меня есть зацепка и я попытаюсь поймать его по "горячим".

– Что? Нет!
– взревел Котерман.
– Не будь идиотом! Напрасные геройства тут не помогут! Дождись наших и вместе пойдёте по следу, слышишь? Сиди там и не смей...

Саймон положил трубку и вернул её в карман. Сделав несколько глубоких вздохов, он резко обернулся и, стараясь не смотреть в сторону тела, стал внимательно осматриваться.

Так, что мы имеем:

Странность номер один - закрытое помещение.

Странность номер два - Саймон опустил взгляд на окровавленный пол - звериные следы.

Странность номер три - когти - он заставил себя приблизится вплотную к убитому и осмотрел его раны. Всё верно, характерные следы когтей, такие же, как и на теле учительницы.

Три из трёх. Сомнений быть не может - это работа вервольфа.

Только в этот раз ему ничто не мешало как следует "развлечься" со своей жертвой. Саймон всё же посмотрел на его лицо - оказалось, что убийца вырвал ему все зубы.

Больше не в силах находится здесь, детектив выбежал в коридор и привалился к стене.

"Дыши, дыши!
– твердил он самому себе.
– Дыши и думай. Убийство совершено недавно, от силы часа два-три. Значит, далеко уйти он не мог. Что ещё? Думай! Ник как-то вышел на клинику, значит, он мог знать о том, что дантист будет следующим. А если Томас прав и у оборотня личные мотивы, то убитые могут быть связаны. Учительница и дантист. Старуха и молодой парень. Нужно найти связь."

Саймон с трудом отлип от стены и направился во второй кабинет. На столе стояло несколько фотографий семьи, лежали документы, бегло просмотрев которые он не заметил ничего интересного. В ящиках тоже ничего не оказалось. Отчаявшись, он уже намеревался вернуться к телу, когда его внимание привлекла стена с дипломами. Но заинтересовали его не они, а фотография, висевшая посередине - фото выпускников школы имени Борнвальда.