Когда за ней захлопнулась дверь, Адриан покачал головой и прыснул от смеха, чем поверг любовницу в шок. Где тот Адриан, с которым она была знакома так много лет? С которым спала и которого так любила? Куда он делся? И что это за незнакомец перед ней?

– Сумасшедшая, да? – скорее для себя, чем для Миры, поинтересовался Адриан. – Как ты долетела? Не было никаких трудностей?

– Все было хорошо, Адриан, пока я не пришла к тебе, – проскрипела брюнетка, приблизившись к нему вплотную. Улыбка исчезла с губ мужчины, а выражение лица вновь стало суровым и непроницаемым. Да, вернулся прежний Адриан Николя Дюмон – привычный и знакомый, а не чужой и далекий.

– Какие проблемы, Мира? – непонимающе спросил Адриан. – Если тебя раздражает, что я не уделил тебе должного внимания, то это полностью твоя вина. Прежде чем приезжать и озадачивать меня своим внезапным приходом, надо звонить и предупреждать.

Вместо ответа Мира коснулась длинным красным ногтем его плеча, подцепив небрежно светло-каштановый волос, покоившийся на накрахмаленной ткани. К чему что-то объяснять, если все доказательства перед ней? Она предчувствовала, что когда-нибудь Адриан найдет ей замену, более молодую и страстную. Но почему так быстро?

– Целых два с половиной года я ждала, когда ты улыбнешься, но сегодня твоя улыбка предназначалась не мне. Да и волос на твоем плече не мой! Адриан Николя Дюмон, я не для этого терпеливо сносила твои приступы гнева и равнодушие, чтобы находить на тебе следы другой женщины! – выкрикнула Мира, исказившись в противной ухмылке.

Желваки заходили на скулах стоящего перед ней мужчины, и до нее постепенно дошло, что она перегнула палку. Она никогда не повышала голос на любовника и ничего ему не высказывала, однако Мира не собиралась сносить унижения. Любому терпению приходит конец.

– Как ты смеешь говорить со мной в подобном тоне? – грозно зарычал Адриан, напомнив ей взбешенного зверя, едва сдерживающего свою ярость. – Ты забыла, кто я? С кем ты сейчас говоришь? Я не один из твоих бывших любовников, с которыми ты можешь выяснять отношения и закатывать скандалы?

Пора... Пришел час не только защищаться, но и получить от него сполна. Получить за то, как ничтожно он пользовался ею на протяжении стольких лет, откупаясь дорогими подарками и бриллиантами.

– У меня для тебя есть новость...

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Шокирующая весть

Кристина настороженно поглядывала на Рауля, который сидел рядом с ней на диване, закинув ногу за ногу. Его голубые глаза смотрели на настенные часы, тикающие и отчего-то действующие на напряженные нервы Кристины. Всем видом Рауль Дюмон показывал, что ему скучно находиться в гостиной, где собрал всех членов семьи Адриан. Сам Адриан тоже присутствовал, расположившись в соседнем кожаном кресле напротив.

Кристина перевела взгляд на него и невольно нахмурилась. Черные волосы были взъерошены, хотя до этого он всегда аккуратно причесывал их. Без пиджака и галстука, с распущенным воротом рубашки, он вовсе не напоминал ей Адриана, которого она оставила днем в кабинете. Но больше всего ее поразили зеленые глаза, странно блестящие и безмолвно выражающие тысячу эмоций. Что встревожило Адриана настолько, что за считанные часы он так сильно изменился? Поник. Стал печален и... растерян.

Когда экономка передала ей указания господина Дюмона срочно спуститься в гостиную, Кристина была уверена, что там, кроме них с Адрианом, никого не будет.

Ошиблась. Рядом с мужчиной, по-хозяйски положив руку на его плечо, стояла Мира Рокки. Она успела переодеться. Соблазнительный наряд сменился на обычные светлые джинсы и белую футболку, подчеркивающую ее грудь внушительных размеров.

Кристина неудобно заерзала на диване, чувствуя, как подкатывает волна непонятного раздражения. О чем эта женщина говорила с Адрианом? И почему она оказалась в особняке? Кристина надеялась, что больше не столкнется с Мирой, потому что эта женщина и её вольное поведение рядом с Адрианом, поднимало в ней неведомое возмущение. А еще тупую боль в районе сердца... Как только девушка вернулась в особняк и закрылась у себя в спальне, ее грудь заполнило странное чувство, ставшее огромным комком и мешающее дышать.

Мира прикасалась к Адриану. Трогала его так же, как и она. И он не сопротивлялся. Это ещё сильнее злило Кристину. Почему Адриан позволил этой женщине поцеловать его в губы? В губы, которые ласкали Кристину, которые дарили ей наслаждение и показывали совершенно новый мир. Эти губы должны касаться только её!

Слишком поздно до Кристины дошло, что это вовсе не упрямство или каприз. К ее превеликому удивлению, она... ревновала Адриана. Ревновала, будто он всецело принадлежал ей, а его хотели отнять. Она была готова сразиться с любой, кто посмеет посягнуть на ее право целовать Адриана Николя Дюмона. Глупо. Безрассудно. Совсем не правильно. Но что она могла поделать с этим острым желанием вцепиться в волосы Миры?