Или выпадал из реальности. Вроде кивал, что-то отвечал, но был бесконечно далеко... Встречаясь с отсутствующим взглядом "стеклянных" глаз, Мария сразу замолкала и практически смирилась: они никогда не были особенно близки, а после смерти отца стали и вовсе чужими. Попытки сближения только усугубляли ситуацию, вот и получилось, что смерть одна, а потеряла она двоих: и мужа, и сына.

Всю дорогу до телепортационного пункта они молчали. По мере приближения к окраинам здания, попадавшиеся на их пути, становились всё ниже, пока не дошли до одноэтажных магазинчиков и домов из дешёвого пластика: даже странно, что они не плавились в такую жару, однако, как ни старались химики, а избавиться от неприятного запаха жжёной резины им не удавалось.

– Закрыть окна, запустить очистку воздуха, - сонно пробормотал Андрей, не открывая глаз. Автомобиль послушно выполнил заданные указания, и через несколько секунд неприятный и токсичный запах сошёл на нет, сменившись свежестью горного воздуха, синтез которого в машинах частного пользования стоит недёшево.

Участок дороги, ведущий к переходному пункту во второе измерение ближнего Подмосковья, был практически свободен - в самый разгар рабочего дня выезжали только туристы. Едва заметный фиолетовый оттенок кожи блондинки, проходящей последнюю проверку документов на третьем пропускном пункте, подтвердил это. Потомки фуксианца и человека рождались людьми, но на действие солнечных лучей их кожа реагировала не коричневым или жёлтым загаром, а фиолетовым. Все формы жизни, найденные человечеством после открытия технологии гиперпространственных прыжков, имели гуманоидную природу, началось повальное смешение рас, хотя люди побогаче и основали орден Чистоты Крови, по которому иметь половые связи с представителями другой расы считается постыдным делом. Это вышло из-за изначального сомнения в разумности особей: кто в здравом уме захочет сношаться с животным?

– Мария и Андрей Волковы?
– с лёгким удивлением спросил таможенник, когда Мария опустила стекло. Чтобы не узнать главные лица корпорации, протезирующей весь мир, нужно быть слепым.

– Да, о нас должны были сообщить.

Зрачки мужчины сузились и расширились: он вышел в Сеть. Взгляд затуманился, как это бывает у задумавшегося человека, и только пристальное рассматривание позволяло увидеть отличие. Вся поверхность глаз едва заметно мерцала.

Андрей прикинул: "убрать" таможенника так просто... Он вышел из машины, медленно приближаясь - ноги вязли в сером желеобразном тумане, и казалось, прошла целая вечность, прежде чем он оказался за спиной мужчины. Волков-младший выхватил пистолет из кобуры на поясе, размахнулся, чтобы оглушить прикладом (по-другому обращаться с огнестрельным оружием он не умел)...

– Ваши чипы личности, - низкий резковатый голос нарушил тишину, заставив Андрея встрепенуться в сиденье и спешно отогнать неожиданную иллюзию. С наступлением эры техногенного прогресса использование бумаги практически сошло на нет, оставшись в обиходе только у самых низших классов или совсем ярых консерваторов. Но вживление идентификационных чипов финансировалось государством и проводилось независимо от финансового положения. Отличительная особенность ИЧ в том, что его невозможно подделать, замаскировать или перепрограммировать: каждый "паспорт" индивидуален, важные изменения обладателя фиксируются в ряде автономных баз данных, обновляющихся ежеминутно.

Под укоризненным взглядом матери, уже прошедшей сканирование, Андрей неохотно поднял руку тыльной стороной к таможеннику. Тот направил сканер, похожий на пылесос для машины, нажал на кнопку, и на секунду сквозь кожу проглянул лабиринт микросхем. Мужчина сопоставил данные и заключил:

– Можете ехать. Портал будет открыт как на выезд, так и на въезд.

Машина мягко тронулась с места, лишив парня последней надежды остаться в городе, и он мысленно возненавидел и свою параноидальную мамашу, и доктора, посещение которого только усугубит ситуацию, как и всегда: он был уверен в этом.

***

Этот отсек здания полностью состоял из прочного, не пробиваемого всеми известными видами оружия, стекла. В каждом отсеке-прямоугольнике размером метр на два располагался цилиндр со скруглёнными краями - капсула заморозки. Тысячи, тысячи их... В каждой находится спящий человек, его сны могут быть различны, но, окутанный льдом и облаками газа, подавляющими всякую физическую активность, он даже не шелохнётся. Фиксируется и отслеживается только активность разума, за которой наблюдают абсолютно идентичные клоны-альбиносы, которым никогда не суждено увидеть солнечного света, но им это и не нужно: они созданы, чтобы служить, и они служат. Незаметно сменяя друг друга, рождаясь и умирая в лучах синтезирующего материю излучателя. Здесь всегда всё одинаково, нет даже такого понятия, как ночь: царство вечного дня, обеспеченное светом ламп в режиме "ясное летнее утро".

– Эк-3580, ваш подопечный готов к декапсуллированию, пройдите в блок номер семь. Эк-3580, ваш подопечный...
– надоедливое сообщение, отчеканенное машинным голосом, могло транслироваться в голове хоть целую вечность, не получи система вразумительного ответа на выдвинутый запрос.

– Вас понял, программирую телепорт на блок номер семь. Личность - Император Ан-Джей, свергнутый и капсулированный в 3076-ом году. Жду дальнейших дополнений и приступаю к работе.

– По завершению операции ваша личность будет переписана на регента императора Ан-Си-Ни-Тея, срок неопределён. По завершению операции ваша личность будет...

– Услышал, понял, принял. Провожу подготовку генов к перенастройке. Да здравствует Империя. Конец связи.

Альбинос вытянул левую руку ладонью вверх, сделал едва заметные жесты пальцами, и над центром ладони появилась чёткая таблица, в которой представлены все генетические кодировки его организма. Он запрограммировал функцию очистки с последующей перезаписью, установил обратный отсчёт на двадцать минут, скинул из правого рукава металлический шарик, что, соприкоснувшись с полом, раскрылся до круга с диаметром в один метр. Клон встал в его центр, визуализировал место, в котором должен оказаться, практически тут же его тело расщепилось на атомы и исчезло, через долю секунды материализовавшись в другом помещении. Когда он подходил к сенсорной панели управления капсулой, его руки предательски задрожали: император Ан-Джей, под предводительством которого человечество одержало победу во II-ой межгалактической войне, самой кровопролитной за весь людской век; император, захвативший многие обитаемые и колонизировавший необитаемые планеты... Свергнутый собственным народом и добровольно предавшим себя капсулированию, он завещал призвать себя, когда снова будет нужен - неважно, в горести или радости. Человек-легенда, в существование которого практически никто не верит - он здесь, перед ним. Жаль, ему не суждено застать его правление. Мысль же ослушаться приказа даже не приходила ему на ум. Так было задумано.