Кто ему во сне эту лапшу на уши вешал, было не ясно, вроде говорит, что сам здешний жрец.

Снятся же людям сны нормальные, аж обидно. А мне танки. Египетская сила!

Баба эта еще блин! Ну, зачем нам она?

И что еще за место симметрии?

Доперли академика. Место явно было нехорошее, не для людей место, по-крайней мере, если иметь в виду живых. Академику может и понравится. В центре комнаты стоял пустой саркофаг что ли, ну или ниша, если вам так угодно. Не было там никакого жреца.

С опаской мы загрузили туда Карлыча, он вроде шевелится начал, но в себя не пришел. А может и показалось...

– Пусть лежит,- сказал капитан,- оклемается, сам выход найдет...

– Или вход...- ляпнул я.

– Чего?

– Да так вырвалось...

– Ну ладно, пойдем-ка. Тут должен быть вход на женскую половину.

– А может оно в ином измерении? Как мы его найдем.

– Интуицию, балда, включай!

– Интуиция у баб,- твердо заявил я,- А мне где ее взять? Я ж не баба...

Коновал хмыкнул, и мы потопали уже вдвоем.

– Слышь капитан, - решился я продолжить беседу,- а ты че действительно помер?

– Угу.

– Ну и как оно?

– Что оно?

– Ну, типа мертвым быть?

– А никак. Хорошего мало.

Я не отставал:

– Не, ну ты расскажи толком. Интересно же.

– Ничего там интересного нет. Честно тебе говорю, там...

Мы как раз потопали по переходу обратно к вратам, и тут я больно треснулся башкой. Оступился. И продолжения не последовало, всегда так!

Капитан спросил как в американских фильмах, типа в порядке ли я. Оказалось. Что в полном. Мы похромали дальше. И тут у меня в башке что-то стало происходить.

Что за дурь? А потом я еще ради интереса на часы поглядел и чуть снова не грохнулся, потому что секундная стрелка пошла наоборот.

А потом мы нашли какую-то нишу, и там было страшно. Казалось, что кто-то сидит там очень древний, вредный и злой, как старуха Изергиль... Меня прямо потянуло туда, хорошо капитан не дал. А то б точно башку туда б всунул, и явно ничего путевого из этого бы не извлек.

И вроде бы голос какой-то там шел оттуда. И потом...

Потом я понял, что несмотря на то, что шли мы сто процентов старой дорогой, обстановка вокруг менялась. И не вру, мы дошли, как в сказке, а перед самым тупиком мне поперло, да такой приход! Ни умом описать, ни... Короче вы поняли...

Нет-нет, стены не раздвигались и вообще все было довольно обыденно. Просто мы шли, себе шли, но вместо тупика с закрытыми как мы думали вратами, вышли на кладбище, или вернее сказать, в склеп. А стенка исчезла, сама собой.

х х х

Потом мой внутренний мертвец

Шепнул на ухо мне - пипец.

( А. Маношин полн. собр. соч.)

Размышляя о проблеме внутренних мертвецов, я пришел к глубокому и всеобъемлющему выводу, что тот, кто придумал эту ересь - дурак, и ересь у него дурацкая, или щересь, как у Лема. На самом деле, скорее, все как раз наоборот. И внутри нас что-то живое, а вот мы то, как раз и есть мертвецы хронические, потому что все у нас мертвое, и дела и помыслы наши, и дай нам волю мы бы сдохли в ту же секунду, как только нас перестали бы обманывать всякие, по поводу нашей истинной сущности. А вот чего-то там сидит внутри и шепчет, живи, живи, двигайся зомби проклятый, жить хорошо, и мы двигаемся, по колено в крови и соплях окружающих и своих, опять же...И ничего тут не поделаешь. Ну а в данный момент, в данный момент, по крайней мере, сейчас, мой внутренний мертвец, тьфу, живец, вел себя спокойно, чего не скажешь о моем отражении. Его не было, нигде. Мне вдруг стало страшно и одиноко, наверное, нечто подобное чувствовали вампиры при взгляде на зеркало. Чтобы развеяться я подал голос.

– А помнишь у «Машины», капитан? Как там.

«Один говорил. Что мы машинисты, другой утверждал - пассажиры».

– Ну.

– Прикинь я не пойму, кто у нас кто. Ну, они машинисты понятно, а мы выходит пассажиры? Не стыкуется, то ли мы очень уж важные вип-персоны, раз вокруг нас так много суеты, или я не знаю, как нас классифицировать. Только не пошли, пожалуйста, достал.

– А и не буду. Есть еще одна категория, примитивно все делить только на два. Свет и тьма, белое-черное. Не бывает так. К тому же твой Макар никогда не работал на железке. И это ему минус в плане постижения жизненных ценностей. Есть еще одна категория людей, если углубить и усугубить его классификатор.

– Ну и чего ты там еще придумал умник?

– Обслуживающий персонал.

Мне уже было совсем плохо, когда мы, наконец, добрались, до половины гигантского склепа, устал я чего-то. Да и мерещилась по пути всякая хрень. Опять же рисунки эти на стенах. Если присмотреться, такого можно увидеть, особенно с моей впечатлительностью.

Ну и ладно, ну и все равно. Занесла нелегкая дураков...

И тут, чу!

– Ни хрена себе!- выдохнул кэп мне в ухо,- Саня я это уже видел!

– Где?- я тупо оглядывал громадный зал битком набитый каменными надгробьями.