« Лучи у нашей звездочки не трудно сосчитать...» Типа того. Фиг сосчитаешь в таком состоянии.

А краем глаза в коридоре, опять шевеление какое-то, фырчанье мотора и смех идиотский, металлический. Танкисты там, что ли у меня завелись вперемежку с тараканами?

И вижу, опять целится, дулом своим. Ну, я нагибаюсь, и...

Разумеется просыпаюсь.

Бравый капитан был в порядке, если называть порядком тупое раскачивание из стороны в сторону в сидячем положении с руками, тесно прижатыми к голове. Наверное, он совсем не спал, Карлыча караулил, чтоб тот нас не поубивал, если в убийцу превращаться начнет, или чтоб не изнасиловал, если превращаться решит в девушку.

Ладно, со всяким бывает. А вот Карлыч... С ним похоже было похуже. Не в кого он превращаться не стал. Релаксация, блин, или эта, как ее инкубация. Инкубатор, блин...

Академик наш лежал в той же позе, что и до погружения, и похоже не дышал. Я, преодолевая тошноту, подполз к нему и попытался проверить сей факт. Проверил. Толку только с того. Вроде дышит, а вроде и нет. Надо приводить в порядок капитана, он все-таки человек военный, обученный. Позаботится, наверное...

– Эй, вооруженные силы, ты как?

Вооруженные силы, приняли позу на четвереньки и что-то промычали.

– Чего?

– Клллч...

– Карлыч?

Он помотал головой вроде бы отрицательно.

– Ключ...
– получилось у капитана.

«Ага,- подумалось мне,- ключи потерял, что ли?»

Наконец, вояка подполз и прошептал.

– Сон... Такая...

– Понятно, тоже танки снились?

– Какие на хрен танки?

Ну вот, наконец, взгляд у нас стал осмысленный и вид бравый, процентов на... ну скажем, шесть... и семь десятых...

– Зеленые, блин. Один по мне болванкой как вжарил... До сих пор башка болит.

Капитан осмысливал.

– Да, нет. Ключ.

– Что ключ...

– Кто-то из нас должен стать ключом. Тогда врата отворятся...

Теперь осмысливал ваш покорный слу...

– Подожди танкист, а мои танки, тут причем?

Капитан бравел на глазах, он уже смотрел на меня с иронией, если не сказать грубее.

– А я почем знаю? Может и причем, а может быть и нет... Ты у нас парень бойкий...

Во, сказал. Ну хоть не послал. Вот тебе и дела. Да уж... как говаривал незабвенный Киса Воробьянинов...

Захотелось надуть щеки, но это еще что...

Коновалов прищурился и сказал:

– А мне вот другое снилось...

– Какое другое...

– Другое...

Я ничего не понимал.

– Баба должна с нами идти?

« Час от часу не легче...»

– Ну.

Капитан веселел на глазах.

– Все получится Санька! Все получится. Вот он ключик наш.

И указал на Карлыча.

«Ну и дела!»

– А чего это с ним, как думаешь?

Коновалов развел руками:

– Да похоже на летаргию. Дышать дышит. Но вроде как спит. Думаю, для него вообще никакой опасности нет. Надо только местечко поспокойнее для него найти поближе к выходу. Может его хозяева здешние решили из игры исключить, раз он не при делах. Берись!

С этими словами бравый капитан ухватил Карлыча под мышки, мне естественно достались, ноги.

– Тащи, по пути объясню...

И объяснил. Да уж...

Вернулись назад. Притащили академика до той развилки, где я не думая всю нашу гоп-компанию налево потащил. И потащили дальше, в другую сторону.

«Зря, говорит, я за тобой пошел, неподумавши. Думал ты у нас вроде поводыря и спорить не стал. А я когда реконгсценировку на местности проводил, приметил в этом районе комнату интересную».

Тут меня тоже пробило.

– Точно, говорю, сначала надо было комнату искать, мне ангел говорил что-то про чертог какой-то, толи Правителя, толи Правительницы, толи оба. Или потом это все.

Коновалов посмотрел на меня выразительно, я просто развел руками, и он стал рассказывать про свой сон.

А во сне капитану привиделась такая хрень.

Что есть, мол, тут неподалеку саркофаг. Преддверие. Что ли. Там жрец вроде бы лежал когда-то. И, мол, мужчина должен в гробу этом занять место жреца фараона, и тогда в некоем месте симметрии, как он изволил выразиться, появится дама, вот с этой дамой мы и будем двери ломать. Понятно, что недвижимый академик в своем теперешнем полуживом и оцепенелом состоянии как никто лучше подходил, для этой роли. Тут уж не поспоришь. А саркофаг, с лежащим в нем человеком и превратиться в пресловутую капсулу времени.