— Вот что там происходит, — хмуро сказал тезка, свернув видение. Сейчас он был очень похож на отца. — А мы все сидим тут, как последние трусы!

Охэйо вздохнул.

— Твоя правда. Ну что ж… Всех ждать не будем, — на это уйдет ещё, как минимум, дня три. Начнем сейчас, с чем есть. Итак…

Пространство перед «Аннитой» всколыхнулось — и вдруг разошлось широким кольцом, обрамленным жидким, полыхающим сиянием. В нем, на фоне чужих звезд, синел круг планеты — той самой, что показывал тезка.

Кресло под Лэйми задрожало, — до них докатилась гравитационная волна открывшегося портала. Потом его вдавило в спинку. Несмотря на чудовищную мощь двигателей, «Аннита» была слишком тяжела, чтобы разгоняться с большим ускорением — по ощущениям, оно лишь немного превышало одну «G». Крейсеры обгоняли её, выстраиваясь конусом. Гиперлайнеры — их собралось уже около четырех сотен, — двинулись за ней.

Ну, вот и всё, подумал Лэйми со странной, какой-то веселой яростью. Война началась. Мы идем.

Портал казался просто окном, соединившим два мира, но переход был неожиданно резким: на какой-то миг Лэйми распался, исчез, потом вернулся. В голове у него словно шумела туча поднятой ветром палой листвы: мысли метались хаотично, несколько секунд он ничего не понимал, потом всё же опомнился. Планета приблизилась рывком, флота Мроо он не видел, — но в следующий миг пространство вокруг вновь… раскрылось, открывая таящуюся в нем тучу разнокалиберных рогатых штук — крейсеров и разведчиков Мроо, наверное, несколько тысяч. Они синхронно развернулись к новому противнику, — но ничего больше сделать не успели: крейсеры сарьют открыли огонь из осевых гиперлазеров.

Крейсеры Мроо, как оказалось, могли перебрасывать всю доступную мощность на отражающие энергию ВЧ-поля — но мощность гиперлазеров была на порядок больше, и поля Мроо не спасли: все попавшие в прицел корабли превратились в огромные огненные шары. Уцелевшие бросили в бой миллионы Собирателей, — но перед носами крейсеров вспыхнули плазменные сферы мультилазеров, в один миг поражавших сотни, тысячи целей. Пустота расцвела вспышками, — Собиратели накатывались волна за волной — и, волна за волной, гибли под беспощадным огнем. Прикрываясь ими, корабли Мроо попытались уйти, — но времени у них уже не осталось. Покончив с Собирателями, крейсеры вновь открыли огонь из осевых гиперлазеров. В считанные минуты от Мроо не осталось и следа. Битва кончилась.

— Так их! — бодро сказал тезка, потирая руки.

Охэйо насмешливо взглянул на него.

— Вообще-то, крейсеры делал не я — это общая работа сарьют, причем, ещё очень старая. И — в этот раз за нами была неожиданность. Это неприятно, заяц, но больше её не будет. И, черт знает, какие сейчас сюда придут морды, нас всех в дверь выкидывать. Это-то как раз рядовая орда была, но тут таких уже несколько десятков, а сколько ещё может появиться — не знаю даже я сам.

— А будто ты с ними не справишься, — заметил тезка.

Охэйо нахмурился.

— Заяц, сделать звезду из чистых гамма-квантов — или, скажем, из чистых протонов — мне не трудно. Но ты ведь представляешь, что тогда будет? Лет на сто световых вокруг точно ничего не останется. Но задача-то стоит не всё грохнуть — это-то я могу хоть сейчас — а и Мроо осилить, и своих сохранить, да и местных спасти, наконец. А это совсем не так просто, — он на секунду замолчал, словно задумавшись. — Вторая стадия, — объявил он.

Пространство вновь «раскрылось». Лэйми увидел, как от нескольких крейсеров отделились смутные овалы бозонных торпед, устремившихся к границам атмосферы. Прорезав её, они нырнули в открытые Мроо порталы — и через миг те вывернуло наизнанку ослепительно-белым огнем — лишь мгновенно отсеченной тенью ада, забушевавшего по другую их сторону.

— Ну вот, — тезка ухмыльнулся. — Шестнадцать гигатонн в тротиловом эквиваленте гарантируют, что не скоро оно всё снова заработает.

— Так много? — удивленно спросил Лэйми. Во время авве он видел и чувствовал торпеды, — огромными они вовсе не были. Восемь метров длины, тридцать тонн массы — и такая чудовищная мощь!