Грейсон, закатив глаза, вздохнул и замолчал на несколько минут, затем спросил:

– Кстати, ты тренируешься только врукопашную или...?

– Да, "или", - отрезала Лотта.
– Намек понятен?

– О, да, конечно, - Грейсон с издевательским выражением лица изобразил поклон и, еще полминуты посмотрев на свою коллегу, суетящуюся возле тренировочного пульта, вышел из зала.

Лотта, убедившись, что нежданный гость ушел и в ближайшее время не вернется, закрыла входную дверь, при этом около двух минут проверяя исправность замков, и затем спустилась по расположенной в конце зала лестнице во второй тренировочный зал, немногим больше первого; исправность замков его двери она проверяла чуть ли не пять минут. Убедившись, что никто не потревожит ее своим присутствием, Лотта подошла к тренировочному пульту и остановилась в метре от него, словно сомневаясь, стоит ли его включать, но спустя секунд двадцать она, кивнув самой себе и сжав кулаки, все-таки подошла к нему и включила его.

"Ну, начнем..."

26 октября 2017 г., 16:33

Больница ICTEC

Финнеган лежал на кровати и мрачно смотрел в потолок. Он быстро шел на поправку, но врачи сказали ему как можно меньше двигаться, особенно как можно реже сидеть, вставать и ходить; немного приподниматься в постели, чтобы поесть и попить, можно, но ненадолго. Боли в спине уже почти не беспокоили Джека; он постоянно порывался нарушить предписания врачей и хотя бы встать с кровати и посмотреть в окно, но здравый смысл каждый раз брал верх. Пока к Финнегану не заходили коллеги по работе, хотя один раз к дверям его палаты подошел Фрейзер, поздоровался, постоял полминуты, глядя словно в пустоту, и ушел, просто махнув рукой.

"Надоело здесь валяться. Такое впечатление, что про меня все забыли. Хоть бы кто-нибудь пришел..."

Дверь в палату была неплотно закрыта; из коридора доносились звуки шагов и разговоры, в основном тихие, но иногда и неприлично громкие для такого заведения; например, две медсестры обсуждали странное поведение пациента, пострадавшего от мощной телепатической атаки, - первую неделю он почти все время спал, а затем начал часто вскакивать с кровати и разбрасывать небольшие предметы по палате; на все вопросы он отвечал, что ничего не разбрасывал, оно само - мол, он просто посмотрел на эти предметы, они поднялись в воздух, он испугался, и предметы упали. "По описанию очень похоже на телекинез, особенно учитывая распространение людей со сверхспособностями в наше время. Но сомневаюсь, чтобы телекинез пробудился после телепатической атаки. Хотя, возможно, фигурально выражаясь, эта атака сорвала с человека "психические оковы", мешавшие ему использовать свою способность", - подумал Финнеган. Этот разговор был самым интересным из всех невольно послушанных за время его пребывания в больнице; во всех остальных случаях люди либо трепались о своей личной жизни, либо разговаривали на своем особом медицинском языке, вставляя через слово как минимум один заковыристый научный термин. А вот сегодня ничего интересного подслушать не удалось, да и вообще мало кто проходил рядом с палатой Джека - с утра в соседнюю палату, судя по шуму, кого-то привезли, и после этого никто больше не приходил.

"И ведь ничего не происходит! Как будто в какой-нибудь серой жиже валяюсь. Хоть бы что-нибудь случилось, черт побери"

И в тот же момент из части соседних палат раздался истерический писк бесперебойников, в коридор тут же выскочило множество врачей и медсестер. Финнеган огляделся - нет, здесь не было никакого сложного оборудования, поэтому и бесперебойник не нужен; а свет был выключен с самого утра, хотя на улице было пасмурно. Разве что камера в правом от двери углу... Джек впервые ее заметил. "Ну, логично, что они ведут за всеми слежку; мало ли что с кем случится..."

Через минуты две в палату вбежала молоденькая медсестра с крашеными в темно-красный цвет волосами:

– У нас отключилось электричество. Говорят, масштабная авария. Кое-где в городе тоже света нет. Починят минимум через часа три, не меньше. Вам ничего не нужно? Все в порядке?

– Да, в полном, - отмахнулся Джек, немного приподнялся и потянулся к прикроватному столику, чтобы взять смартфон, но внезапно скривился от боли, вскрикнул, обхватил голову руками и упал на кровать так неудачно, что чуть не свалился на пол. Медсестра бросилась к нему, желая помочь, но он замахал рукой, другой при этом прикрывая голову и особенно лицо.

– У вас приступ? Вам помочь?
– чуть склонив голову набок и широко раскрыв глаза, спросила девушка.

– Нет у меня никакого приступа...
– сквозь зубы процедил Финнеган.

– Я же вижу, вам срочно нужна помощь! Я сейчас приведу врача!
– медсестра бросилась было к двери, но Джек внезапно рявкнул:

– Не надо мне никаких врачей! Все в порядке! Все нормально, говорю же!

– Но ведь...

– Все нормально! Все хорошо!

– Но...
– девушка в нерешительности застыла у двери.
– Я, наверное, тогда немного побуду с вами...ну, на всякий случай.

Финнеган ничего не ответил. Через минуты полторы он резко убрал руки от лица и закутался в одеяло, буркнув при этом:

– Откройте окно, пожалуйста.

– Окно? Но на улице холодно. Может, включить кондиционер?
– медсестра взяла со столика пульт.

– Нет, именно окно. Мне нужен свежий воздух.

– Как хотите. Но на улице холодно...

– А здесь жарко и очень душно, - мрачно ответил Финнеган.
– Откройте, пожалуйста, целую створку, а не форточку, так быстрее проветрится.

– Но как вы ее закроете? Вам ведь нельзя вставать, - покачала головой девушка.

– Все нормально. На полминуты-то можно встать. Подумаешь, великая работа - закрыть окно, - еще сильнее закутываясь в одеяло, сказал Джек.
– Я закрою его где-то через минуту - как раз хватит для того, чтобы и проветрить, и не простудиться - одеяло-то теплое, не успеет остыть. И, пожалуйста, закройте дверь поплотнее - я хочу поспать, а эти голоса и топот мешают заснуть.

Медсестра, пожав плечами, настежь открыла окно, немного постояла, глядя на улицу, затем взглянула на Финнегана, еще раз пожала плечами, тяжело вздохнула и ушла, закрыв дверь.