Сам Джет тоже не задумывался о свадьбе. Просто… упорно казалось, что в таком случае ему придется слишком кардинально менять свою жизнь, а она может второго потрясения не выдержать. Не то чтобы его не интересовали женщины как таковые, порой он встречался с кем-нибудь, но дальше встречи на одну или пару ночей не заходило. Джет и не стремился к этому, у него хватало забот: «Джохо», Лис, Элиш, Бран — за ними ведь нужно было присматривать, иначе тот же Лис мог запросто впутаться в совершенно ненужные им проблемы.

Таверна закрывалась в три ночи, открывал ее обычно Лис в девять утра, но на ближайшие пару-тройку дней эта обязанность легла на Джета.

За полчаса до закрытия зашел Бран. Джет потер уставшие глаза и внимательно взглянул на кельнера. Он знал, что Бран жил после смерти матери один, об отце юноша вовсе предпочитал молчать.

— Что-то случилось? Ты проходи.

Кельнер в три шага оказался и теперь мялся у стола, явно не зная, что сказать. Или, вернее, как сказать?

— Могу я переночевать здесь? — наконец выпалил он, пряча глаза. — Можете вычесть из моей зарплаты…

Джет нахмурился. Что у парня случилось такого, что он не идет домой?

— Бран?

Кельнер как-то отчаянно вскинул голову, и Джет увидел закушенную до крови губу и почти дикий взгляд.

— Так, — он поднялся из-за стола, плеснул из графина воды в стакан и протянул его Брану, — выпей, успокойся и расскажи, что случилось.

Бран одним глотком проглотил воду и криво улыбнулся.

— Простите, господин Джет, получилось так, что мне некуда сегодня возвращаться, — он вздрогнул, словно Джет мог его ударить после таких слов. — Обещаю, это только на сегодня! Не увольняйте меня…

Джет качнул головой. «Господин Джет?» Что-то серьезное, ни Эл, ни Бран не обращались к нему настолько уважительно, сам не разрешал.

— Что с твоей квартирой?

— Довольно давно я сдавал комнату, — сбивчиво ответил Бран и поспешно пояснил:

— Магу, первокурснику. Вчера он случайно поджог квартиру… Сам сгорел, квартира выгорела… и на площадке следы.

Джет нахмурился. Первокурсник… Это все объясняет. Мальчишка решил потренироваться. Четырнадцатилетний ребенок, неуемный и глупый. Сам погиб и Брана оставил без дома. Парень… не виноват, конечно, но сдавал комнату на свой страх и риск. И почему студент не оставался в общежитие? Или потому, что там точно не было возможности потренироваться? Да не важно уже. Скорее всего, племянник Лиса займется этим делом. Вернее, не займется, и так все ясно.

— Оставайся, — сказал Джет и указал на неприметную дверь. — Там диван побольше, есть подушка с одеялом, в углу холодильник. Впрочем, сам знаешь, где кухня. Точно останешься здесь? Можешь пойти ко мне.

Оставить парня в квартире отсыпаться, а самому уйти к Лису. Он ждет, раз пригласил. Лис свое слово сдержит.

— Нет, — замотал головой Бран и виновато улыбнулся. — Спасибо.

— Отдыхай, сколько понадобится, — чуть улыбнулся Джет и бросил кельнеру ключи. — Закройся изнутри. Никого не пускать. Я приду к девяти. Встанешь раньше, сам откроешь, полагаю, представляешь, что надо сделать.

— Конечно.

— Вот и прекрасно.

Прежде чем уйти, Джет еще раз осмотрел склад и зал и только потом, дождавшись, пока щелкнет замок, направился домой.

Идти было недалеко, три перекрестка, но в этих узких проулках, прятавшихся между домами, почти не было света. Небо прояснилось, температура упала еще больше, и Джет начал мерзнуть даже в теплой шубе. Все-таки не любил он зиму. Пятнадцать лет прожил на побережье океана, где температура редко опускалась ниже нуля, и какие-нибудь плюс два уже казались страшными морозами. Здесь же, в Гестоле, те же самые плюс два считались если уже не летней температурой, то вполне предвестником весны.

Город давно спал, готовясь к новому рабочему дню. Наст под ногами громко ломался, но этот звук был привычен: которую зиму он ходил этой дорогой раз за разом? Редкие фонари с медленно растворяющимся заклинанием постепенно гасли. Удобное заклятье — сеть с длительным действием. Огонек сохраняется под стеклянным куполом и по истечении определенного времени полностью затухает. На аллеях и главных улицах Джет видел, что заклинания осенью и зимой обновляли около четырех часов утра, и фонари горели даже после рассвета.

Снова хрустнул наст, и Джет остановился. Звук раздался где-то сбоку. Стоило остановиться, и невидимый преследователь тоже остановился. Он снова зашагал, и снег зашуршал под ногами незнакомца. Его преследовали, определенно, и этот некто понял, что его вычислили. Он больше не пытался прятаться, уверенно шагал следом, но пока ничего не предпринимал. Джет резко обернулся, но в ночной темноте не было ни единой возможности разглядеть преследователя: поодаль стояла невысокая черная фигура.

— Что вам нужно?