– - Последний пункт -- отстой, -- посочувствовала Сплетница. Затем она внимательно взглянула на Панацею, -- Бля! Эми Даллон? Мрак меня убьёт за то, что я её пропустила. Выглядишь иначе, чем в новостях. Причёску поменяла?

– - Сплетница, -- вновь вмешалась я, -- Поменьше болтовни и побольше действий. Слава сказала, что Протекторат и, возможно, Новая Волна уже на пути сюда.

Сплетница взглянула на Славу и нахмурилась.

– - Она не лжёт. Давай начнём с проблемы номер три, учитывая, что выглядишь ты не очень. Сила не работает?

– - Не могу управлять своими насекомыми и ужасно болит голова.

– - Думаю, я знаю в чём причина. Давай исправлю, -- сказала Сплетница. Она спрыгнула с кассы и двинулась ко мне с Панацеей.

– - Не двигайся, -- предупредила Слава.

– - Или что?
– - Сплетница развернулась, чтобы встретиться с девушкой лицом к лицу и улыбнулась.
– - Ты меня изобьёшь? Ты ничего не можешь сделать, пока моя подруга держит нож у горла твоей сестры. Сидеть. Стоять. Хорошая девочка.

Слава яростно посмотрела на Сплетницу, но не двинулась.

– - Думаю, лучше тебе не приближаться, -- предупредила я.
– - Подойдешь к Панацее, она коснётся тебя и остановит тебе сердце или ещё что-то такое сделает.

– - Может ли она? Конечно. Станет ли? Определённо нет. Она из тех, кто лает, но не кусает.

– - Подойди и проверь, -- поддела её Панацея. Я поменяла захват и напомнила ей о ноже у горла.

– - Я правда предпочла бы не искушать судьбу, -- осторожно сказала я.

– - Ладно, ладно, -- сказала Сплетница, поднимая руки в жесте примирения. Она подошла к столу управляющего и открыла ящик.

– - Вытащишь оттуда пистолет, -- пригрозила Слава, -- и я тебе кости переломаю.

– - Хватит уже пустых угроз, -- усмехнулась Сплетница, вновь поднимая руки. На большом пальце её левой руки висела связка ключей.

– - Ключи, -- сказала Слава.

– - Ключи менеджера, Джеффри Клейтона. Совершенно точно, поведенческий тип "А". Перестраховщик. Один из тех, кто предпочитает полный контроль на встречах.

– - Во-первых, какая разница? Во-вторых, с чего ты это взяла?

– - Ну ты чего, -- улыбнулась Сплетница, скрестив руки, -- это же азбука злодея. Не раскрывай герою все карты в злорадном монологе.

– - Верно, -- согласилась Слава, -- но всегда стоит попробовать.

– - Я тебе всё равно расскажу.

Слава подняла бровь.

– - Нет смысла скрывать. Вообще-то, мне даже полезно, чтобы вы знали. Я телепат. Я прочла его мысли, когда мы держали его в заложниках, так же, как сейчас читаю твои, -- ложь была такой естественной, что даже я ей почти поверила.

Красная вспышка привлекла моё внимание. Красное пятнышко лазерной указки остановилось на капюшоне Панацеи. Я взглянула на Сплетницу и увидела, что она, стоя со сложенными руками, назаметно держала лазерную указку, прикреплённую к связке ключей. Она рисовала на одежде Панацеи неровный круг вокруг того места, куда она до этого указывала,

– - Бред, -- возразила Слава, -- мыслительные способности, которые нужны, чтобы расшифровывать и понять уникальные нейронные сигналы какого-либо человека, требуют мозг размером в пять раз больше обычного. Настоящих телепатов не бывает.

– - О-о, кто-то посещает университетский курс "Основы изучения паралюдей". Твоим родителям, видно, пришлось поднапрячься, чтобы протолкнуть тебя в универ до окончания старших классов?

– - Я думаю, что ты уже знаешь ответ. Я не верю, что ты для этого читаешь мои мысли.

– - Почему в это так сложно поверить? Легенда может стрелять лазерами из рук, лазерами, которые даже огибают углы. Стояк и Виста искажают фундаментальные силы пространства и времени. Кайзер может создавать металл из ничего. Закон сохранения массы, закон сохранения энергии, базовые законы нашей вселенной нарушаются кейпами каждый день. Всё это возможно, но я не могу заглянуть в твои мозги?

Сплетница всё ещё указывала лазером на капюшон Панацеи. Поскольку только я могла это видеть, это явно было знаком для меня. Я оттянула капюшон, осмотрела, что внутри, и ничего не нашла. Но на задней части её шеи я заметила одну из моих чёрных вдов.

Я аккуратно сняла её и почувствовала, как боль в голове резко усилилась, когда я дотронулась до паука. Или случайно, или рефлекторно, когда я дёрнулась от боли, я раздавила паука пальцами.

Тут же боль в моей голове уменьшилась в разы. Облегчение было настолько сильным, что я почувствовала почти эйфорию. Я всё ещё не до конца понимала, что именно сделала Панацея, но смогла представить общую картину. Она каким-то образом почувствовала, что я делаю, чтобы управлять пауком, затем изменила его так, чтобы он посылал мне неверную информацию. Непрерывный цикл ложной информации, как когда воры в фильме подключаются к камере, и прокручивают на ней один и тот же отрывок снова и снова. Или случайно, или намеренно, помехи экспоненциально усиливались каждый раз, когда мои силы обращались к этому пауку. Создавая, так сказать, короткое замыкание в моей силе.