Винрар уставился на трупы, его подташнивало.

Он действительно был туповат, легко отвлекался, часто бросал проекты на пол-пути, и вот в такие моменты понимание своих недостатков било как никогда сильно. Его отец отправил его на обследование, и доктора поставили диагноз: синдром дефицита внимания и дискалькулия. Ему казалось, что диагноз "СДВГ" ставят всем подряд -- ему нравилось думать, что он обычный мечтатель, иногда теряющийся в собственных мыслях.

Однако дискалькулия была реальностью, которую он не мог отрицать или как-то по-другому объяснить. Он не мог запоминать числа, не мог увидеть между ними элементарных связей или перейти от одного к другому.

Всё это было ещё до того, как он обрёл свою силу. Ничего не изменилось, за исключением того, что сейчас он мог визуализировать конструкцию, инстинктивно понимая, как её можно собрать. Из-за своей болезни или болезней он вечно плёлся позади остальных. Он стал ещё более мечтательным -- потому что сейчас его задумки стали просто безумно интересными. Он не мог получить достоверных результатов измерений без использования компьютеров. Не мог закончить половину своих проектов без ощущения необходимости переключиться на что-нибудь другое.

Сотрудники СКП настаивали, что бы он сконцентрировался на антигравах и оружии, это даже было отмечено в его личном деле. Но он знал, что это не так. Он доделывал свои пушки только потому, что они были достаточно простыми, каждая по своему. Было несложно взять два-три наполовину сделанных проекта и скомбинировать их. Создать что-то с множеством функций. Насколько он знал, в записях СКП он значился единственным Технарём без определённой специализации или особенности. Винрар переживал, что его особый талант Технаря -- это возможность создавать хоть что-то, вопреки своей неспособности к обучению. Это было бы отстойно.

Были исключения. Он заканчивал и большие проекты. Например, его парящий скейт, созданный благодаря мечте о том, как круто было бы летать. Но даже он дался с трудом. Зря он его разобрал. Конечно, сама идея и мотивация у этого поступка были правильные: он ведь скоро выпустится из Стражей, ему нужно будет сменить имя и методы, потому что взрослый герой по имени Винрар -- полный отстой. У него была мысль о доспехах с набором подвижных турелей, которые могли бы стрелять разными зарядами в зависимости от того, какое орудие он поставил в основную ячейку. Самонастраивающееся и адаптивное как его Универсальная энергетическая пушка. Вот только он наткнулся на проблемы при тестировании, отложил его чтобы сделать перерыв, и не брался за работу вот уже шесть дней. По сути, он просто так уничтожил свой скейт, который мог бы поменять ход боя со Скитальцами.

Его Универсальная пушка была настоящей жемчужиной. Он смог создать её благодаря лекарству, прописанному доктором из СКП, но, из-за усилившегося чувства тревоги, тошноты и головокружения ему пришлось прекратить приём препарата через пару недель. Пока он принимал таблетки, он был сосредоточен, замечал то, что мог бы сделать, если бы не его мечтательность и неспособность сконцентрироваться. Когда Суинки заговорила о том, чтобы уничтожить его творение -- он был подавлен. А потом Левиафан разрушил пушку по-настоящему -- возможно, единственную гениальную вещь, которую он создал. Винрар боялся, что это было единственным гениальным изобретением, которое он вообще способен создать.

Он был не самым плохим героем, и он знал это. Ему было чем заняться. Чаще всего ему удавалось отбросить беспокойство, как и десяток своих незаконченных проектов. Всё изменилось, когда их команда понесла тяжёлые потери. Эта мысль сверлила его с момента нападения Губителя, уже неделю. Парень не мог избавится от мыслей о том, что он был слабым звеном в команде, тупицей, героем второго сорта. Что сегодняшнее поражение -- его вина, что он не сдюжил. Люди этого города заслужили героя получше. Более сконцентрированного.

– - Я получил сообщение, -- сказал Сталевар отвлекая его от раздумий.
– - машины СКП уже едут. Мы возвращаемся.

Услышав нестройные ответы товарищей, Винрар понял, что остальные ничуть не в лучшем настроении. Последствия поражения.

Странно успокаивающее чувство.

* * *

– - Информация от Протектората. Они займутся телами, нам запрещено их трогать и вообще вмешиваться, -- сказал Сталевар, складывая руки. У него было что-то, похожее на прыщи -- волдыри из более блестящего металла там, где остатки дротиков ещё не до конца растворились в его "коже". Он откинулся на дорогой, специально сделанный офисный стул, способный выдержать вес его плотного, тяжёлого тела. Все остальные нашли места в центральной комнате базы. Все, не считая Славы, которая отправилась домой. Официально её ещё не зачислили в команду.

– - И ни слова о том, что происходит?
– - спросил Стояк.

– - Они молчат, -- ответил Сталевар.

– - Возможно, серийный убийца?
– - подалась вперёд Виста.

– - Мы должны сосредоточиться на том, что мы можем сделать, -- предложил Сталевар.
– - К примеру, на ночных патрулях.

– - Вообще-то, -- влез Винрар, -- простите, но у меня есть одна теория.

– - Какая?
– - спросил Стояк.

Винрар глянул на Сталевара, ожидая реакции лидера. Тот молчал и он посчитал это предложением продолжать.