Поговорил, называется! Найлус треснул кулаком по стене и вышел из лаборатории. На пути ему попался профессор. Как раз вовремя...

– А ну-ка стой. – Прошу прощения? – саларианец остановился прямо напротив Спектра, не переставая при этом нащелкивать что-то на инструментроне. – Что ты с Шепард сделал, крыса лабораторная? – Может, зайдешь? – саларианец пропустил Найлуса в лабораторию и, сев за стол, приготовился отвечать на вопросы.

Вопросов у Найлуса было много. Пространные ответы саларианца утомляли, но главное Найлус из него вытянул – никакой особой опасности для Рин эксперименты Мордина не представляют.

– Помирись с ней – хорошая девочка. – Да уж, хорошая... Ну почему она без конца лезет в самое пекло? Я же волнуюсь... – А ей это не нравится. Понятно. Когда я спросил, почему вы поругались, ответила, что хочет сама отвечать за свои поступки. Как ребенок, – Мордин пожал плечами. – И что мне с этим “ребенком” делать? При учете того, что она абсолютно не желает меня слушать. – Берите пример с Артериуса. Если вы предоставите Айрин свободу действий, дадите понять, что не собираетесь принуждать её к каким-либо решениям, она сама будет вас слушаться. И наоборот – чем больше вы будете на неё давить, тем сильнее будет сопротивление. – Ну... попробую. – Шансы один к пятистам – дерзайте. – Хочешь сказать – она меня не простит? – Шепард и ей подобные никогда не прощают предательство и все, что таковым считают. Что с вами? – А.... ничего, – турианец поморщился от боли, – просто пластины повредить сложно, но срастаются они долго и неприятно. Я пойду.

Найлус вышел из лаборатории и отправился в кают-кампанию – разбирать ворох информации на терминале. Разговор с Мордином испортил настроение окончательно.

Перед входом в каюту командора Келли невольно перекрестилась. Ну почему офицеру Лоусон понадобилось, чтобы именно она, Чамберс, отнесла эти данные капитану, причем прямо немедленно. Келли невольно поежилась, вспоминая их первый и последний с Шепард разговор и нерешительно дотронулась до зеленой кнопки на двери.

По ушам сразу ударила оглушительная, грохочущая музыка. Кажется, в начале двадцать первого века подобную называли металлика? Или рок?

Чамберс сделала несколько нерешительных шагов и увидела непосредственно хозяйку каюты – светловолосая девушка чуть младше самой Келли развалилась поперек кровати в обнимку с шоколадкой, бутылкой лимонада и терминалом. Она что, под ЭТУ музыку может работать???

– Ну и хули приперлась? – командор подняла голову и уставилась на Келли немигающим взглядом стальных глаз, – мозги мне пополоскать? – Нет я... – пролепетала Келли. – В вещах порыться? Жучков наставить? Ты говори, не стесняйся... – Я... – Что, еще не придумала? Ну посиди, подумай, зачем ты явилась ко мне в каюту без приглашения и без стука в дверь... – девушка снова уткнулась в терминал и захрустела шоколадкой.

Келли вспомнила давний разговор с подругой.

– Я слышала по своим каналам, что ты в “Цербер” подалась. Это глупая идея, Келли. Ничем хорошим это не кончится... – Да... я же не совсем в “Цербер” иду. – Какая разница, Кел? “Цербер” он “Цербер” и есть, пусть и с другим названием... – Не совсем. Меня пригласили... Ты что-нибудь слышала об Айрин Шепард? Эрика... что с тобой?

Подруга с трудом сдерживала слезы.

– Ничего... Келли. Все в порядке, – Сайнворк с трудом улыбнулась. – Ты знаешь её, да? – Знала. Она погибла полтора года назад в Туманности Омега возле планеты Алкера... – Ну... ты только не пугайся, но... Шепард жива. – Рассказывай, – жестким голосом потребовала подруга.

В подробностях рассказав подруге все, что узнала от Лоусон, Келли замерла напротив неё, ожидая вердикта.

– Да уж, мой тебе совет, подруга – откажись от этого дела. – Ты... думаешь я не понравлюсь командору? – Думаю, да. Во-первых – ты для неё с самого начала будешь “Церберовцем” – представителем ксенофобской террористической организации, а Рин у нас за “мир дружбы народов”. У неё в команде спокойно уживались турианцы, кроган, люди, азари и кварианка. Во-вторых – ты психолог, а больше психологов Айрин не любит только дантистов. Впрочем, тебе решать. Одно могу сказать точно – ты попадешь в настоящий ад...

Да ад раем оказался по сравнению с командором Шепард!!! Причем общалась она так жестко со всем экипажем корабля, за исключением Джеффа, инженеров Кеннета и Гебби, Мордина, Касуми, Найлуса, Сарена, Заида и Гарруса с его отрядом...

– Я... я... меня офицер Лоусон к вам послала, – выдала Келли, собравшись с духом. – Да, видать крепко ты её заебала, что она тебя не нахуй послала, а ко мне... Может уже скажешь, зачем приперлась? – Мне офицер Лоусон приказала передать вам эти данные, – Келли протянула девушке диск, данный Мирандой. – А раньше ты не могла сказать? – откинув лезущую в глаза челку, Шепард выхватила у Келли диск и пробурчав: – Свободна, – уткнулась в терминал. – Я... – Чего тебе ещё надо, Келли? И нехер тут слезоразлив устраивать, – я злая. – Ну... ну почему-у-у!!! – нервы секретарши не выдержали и она разревелась во весь голос...

====== Глава 68. Мир, дружба, жвачка... ======

Я со вздохом посмотрела на нашего “типа психолога”. Ну, какой это скажите на милость, психолог, если на каждое слово так реагирует?

– Ладно, успокойся, – я погладила ревущую секретаршу по рыжим волосам, – кто ж тебя так ненавидит, что с такой психикой ко мне в помощники засунули... – Никто меня не засовывал!!! Я сама-а-а-а согласи-и-ила-а-а-сь, а Эрика меня не зря отговаривала-а-а-а!!! Сказала, что вы меня возненавидите из-за того, что я “церберовец” и психо-о-о-олог!!! – Эрика всегда была умной девчонкой, в отличии от меня... Прекрати реветь, Келли?! Гав!!! – я вытащила из стоящей на столе клетки космического хомяка. Лучше уж пусть верещит, чем плачет. – Какой хо-о-рошеньки-и-ий, – от радости у Келли даже слезы высохли, – а как его зовут? – У-у-у... хомяк... – Да, с фантазией у вас явно напряг. – Ну не скажи – врать я умею, а вот хомяку имя придумать... Есть идеи? – Арчибальд – можно просто Арчи. – Пойдет, в принципе. А как тебя угораздило в “Цербер” загреметь – вроде нормальная девчонка... И откуда ты Эрику знаешь???