И впрямь, отколовшийся острый кусок доски удалось отломать. Получилась толстая щепка длиной с полторы ладони. От напряжения закружилась голова, мир снова, будто размылся перед глазами. Он, подволакивая обе ноги, поднялся по лестнице и встал на крохотном пятачке за входной дверью, из-за которой уже слышались шаги. Дверь открылась, вжав Роберта в стену, и сразу же закрылась. Он сквозь мутную пелену увидел человека, что вошел, и сразу, не раздумывая, воткнул ему в шею острую деревяшку.

Получилось. Удар был достаточно сильным, чтобы пробить человеческую плоть. Вошедший дернулся, повернулся, схватился за щепку, дернул ее из себя и мешком свалился с лестницы. Тело с грохотом прокатилось по десятку ступеней лестницы и замерло на полу внизу. Роберт от слабости чуть не рухнул следом, потеряв равновесие во время замаха, но кое-как сумел удержаться за ручку двери.

Он сделал несколько глубоких вдохов, тряхнул головой, пытаясь разогнать муть в ней. Не помогло. Роберт открыл дверь, вышел из подвала. Где он оказался, понять не мог совсем. Видимо тот удар отнял слишком много сил, и теперь Роберт шел в полуобмороке, ничего не видя вокруг. Но, похоже, ему везло. Он выбрался.

Так или иначе, то, что Роберт сбежал из подвала, где его держали, было однозначно чудом. Особенно тот факт, что бандит его стерег всего один. И как сбежать-то удалось - не ясно. Но, мужчина оказался на свободе. Он куда-то шел, еле передвигая ноги. Избитое тело плохо слушалось. Еще и "вата" в голове... Роберт попытался перейти дорогу, когда его сбила знакомая синяя машина, в багажнике которой ему пришлось несколько раз ездить. Ее он как-то узнал за секунду до удара.

И снова ему повезло. Он выжил. И, кроме того, сразу же появилась "скорая помощь". Там Роберт и увидел впервые эту девушку. Странно, но через муть в глазах он ее смог разглядеть. Невысокая, черноволосая, красивая, но со злым выражением лица. Странно, однако, именно эта девушка стала его спасением.

Часть 2.

Ненавижу все это! Как же я это ненавижу. Всю эту чертову жизнь! Когда начались все эти проклятия? Когда они свалились на мою голову? Наверное, когда моя мать, через пару минут после рождения, выбросила меня в сточную канаву в тысяча восемьсот тридцатом году. Я не жалуюсь, всегда много тех, кого растоптала жизнь. Меня она втоптала в грязь с рождения среди прочих. И чем дальше, тем хуже. Банда воров до десяти лет, потом подобравший сиротку "учитель". Проклятый маньяк-убийца и безудержный садист, уничтоживший во мне все человеческое за долгие двадцать лет. И к тридцати я была сумасшедшим монстром, истязавшим и убивавшим людей ради забавы.

До старости я не дожила, меня убили в тридцать один год. Потом адское пекло, выжегшее способность чувствовать что-либо кроме жажды убийства. Я стала демоном. Адской нечистью. Но тогда было легче. А сейчас что? Проклятые ангелы, будь они неладны, пробудили во мне чувства. Как оказалось, спустя двести лет безумных зверств, не вся душа сгорела. Да как так?! Но до этого я угодила в ангельскую засаду. Я и трое других демонов. Обычно ангелы не сюсюкаются с нами. Не знаю, что они делают, но демоны, попавшие в лапы пернатого воинства, бесследно исчезают. Хотя по ним, конечно, некому скучать.

Я помню тот момент. Мои родичи вдруг испарились, и я осталась совершенно одна, сокрушенная страшным ударом ангела. Он почти изжарил меня. О нет, не огнем (уж чего-чего, а его в аду более чем достаточно). Меня сжег свет. Я не могла шевелиться, могла лишь смотреть. Помню, как он выглядел, тот ангел. Сияющий, так, что резало глаза, силуэт высокого мужчины с огромными развернутыми крыльями. Ждала, и понимала, что это конец. Вдруг, в тот момент испытала какое-то подобие облегчения. Наконец, это все закончится. Это было не чувство даже, а едва заметная его тень. А ангел сложил крылья и склонился надо мной.

– А ты, дорогуша, отправишься со мной.

Лучше бы он сжег меня тогда в пепел. Они засунули в меня какую-то дрянь, которая не позволяла мне заглушать мои чувства и эмоции, не позволяла убивать. Во мне снова проснулось сочувствие. Они называют это амулетом-хранителем. Эта штука скрывала меня от демонов и других исчадий ада. Но самое важное, что эта дрянь не позволяла мне серьезно грешить. Блудить еще удавалось, а вот по убийствам я скучала. За сто лет жизни с ним я почти перестала убивать, потому что каждый раз перед действием амулет начинал резко жечь святым огнем. Он парализовал меня. И не давал мне регенерировать после ранений. Из-за этого хранителя я восстанавливалась лишь немногим быстрее простых смертных. Еще он блокировал добрую половину моей адской магии. Нет, они не убили меня. Они, По-сути, сделали меня своей рабыней. И ничего не оставалось, как из скуки помогать людям, и то ангелы вечно приходили и жаловались, что я не туда лезу. Ангелы! Скормить бы их всех адским псам!

– Сайликера, ты не рабыня. Ты можешь уйти. Демоны тебя не найдут, ты можешь просто жить.
– Проговорил Уриил, мудро улыбнувшись. Как же ненавижу его эту мудрую улыбку! И зачем он вообще притащился ко мне, собственной высокой персоной? Его ему нужно?

– Не могу я просто жить! Я - адская нечисть! Но быть собой мне не дает Ваш Хранитель. И мне ничего не остается, как какого-то хрена спасать людей! Из-за чего постоянно приходят твои птенцы и выговаривают мне за вмешательство в "воспитательный процесс". И что делать, если я не могу ничего другого делать, из-за этого вашего хранителя? Которого мне в нутро поместили!

– Ну, извини! Изначально Хранитель имеет другую функцию, он не для демонов, сохранивших душу. Это уж чудо больно редкое, так что специальных артефактов у нас нет.
– Развел руками архангел, самодовольно ухмыльнувшись.
– Амулет направляет на добро и бережет от зла. Он для твоей безопасности. Без него ты погибнешь. Исчадия не любят тех, кто побывал в руках ангелов.

– Ну и засуньте себе, сказала бы куда, этот ваш амулет! Я не просила меня исцелять! Осточертели вы мне! Надо было меня еще тогда сжечь, сто лет назад!