И солнечной ночью, лунным днём,

В животном разуме людского зверя,

Висельник взвесил сущее всё -

Тело оказалось в разы тяжелее.

Вдруг вижу в самой насыпи белой ангельской пыли...

Чек на кетанов. Перекрошенные в муку таблетки.

Ссаные девяностые! И беспонтовые нулевые!

Постарел на десять в срок пятилетки.

Там за стеной - пустоты комнат, затем вновь стена,

Глядя вниз никогда не отыщешь тех, что выше.

В этом видимо главная истина:

Пора вновь забираться на крышу.

Бессонницы аптечный смак

Горстью сулящих сон ладонью полной:

То ли уснул, убитый как...

То ли убит, как будто сонный.