– Никита Санников, - я пожал протянутую руку.
– Можно просто - Ник.

– Его звали Никита...
– ухмыльнулся Кузьма, сделав ударение в моем имени на "а".
– Сейчас сюда придет высокое начальство, поздравлять героя. Надеюсь, ты морально готов к встрече...

– Какое начальство?..

– Высокое.

– ...и куда - "сюда"?

Ответить он не успел. Дверь у дальней стены отворилась и в длинную, узкую комнату, смахивающую на четырехместный номер в недорогой гостинице, вошло три человека. Двоих я узнал безошибочно, по форме, которую видел много раз на картинках - Ястребы Яскера, бессменные защитники столичного аллода. Они шагали чуть сзади и замерли по бокам от человека в адмиральской форме, когда тот остановился перед моей кроватью.

– Адмирал Нахимин, - представился он, козырнув.

Я сделал попытку вскочить на ноги, чтобы вытянутся по стойке смирно, но от резкого движения потемнело в глазах и закружилась голова. Адмирал махнул рукой, разрешая остаться в лежачем положении, и раскрыл принесенную с собой красную папку.

– Слушай меня внимательно, сейчас я зачитаю тебе приказ командования. Кхм-кхм... Распоряжение штаба Имперской Армии за номером двадцать - два ноля - тринадцать! За мужество и героизм, проявленные в бою с превосходящим силами противником, за храбрость в битве с врагом на его территории, а также за сохранение ценнейшей научной разработки командование приказывает: наградить героя медалью "За отвагу", предоставить ему недельный отпуск и провести реабилитационный курс в здравнице "Небесная"!
– он вытащил из внутреннего кармана небольшую красную коробочку с золотистой звездой и вручил мне.

– Служу Империи, - обалдело отчеканил я, разглядывая неожиданную награду.

– Молодец, боец! Так держать!
– похвалил Нахимин, после чего добавил менее официальным тоном: - Здравница "Небесная" - лучшее лечебное учреждение, где за твоим здоровьем будут следить самые опытные и квалифицированные медики. А руководитель здравницы, Иасскул Тау, является общепризнанным светилом современной науки, гением в области человеческой анатомии и физиологии, - и, еще раз козырнув на прощание, развернулся на каблуках и вышел из палаты. За ним удалились и Ястребы, так и не сказав ни слова, и короткая церемония завершилась. Я шумно выдохнул.

– Поздравляю!
– сказал Кузьма, отошедший на почтительное расстояние при появлении адмирала и его свиты и теперь вернувшийся обратно.
– Не успел добраться до столицы - и уже медаль!

– Ничего не понимаю, - честно сказал я.
– Я погнался за лигийским витязем, который украл какой-то телепортатор, прыгнул на их корабль..., а дальше очень смутно.

– А дальше прилетел сердитый демон и потребовал тишины - мы ему спать помешали, - хохотнул Кузьма.
– Не то, чтобы мы сразу успокоились, но он был так убедителен...

– Он уничтожил корабль лигийцев!

– Да, но "какой-то телепортатор" очень вовремя телепортировал тебя с корабля. Ты счастливчик!

– А "Непобедимый"?

С лица Кузьмы сползла улыбка и он тихо сказал:

– Тоже уничтожен. Там погибло много наших.

– Ничего не понимаю...
– снова повторил я.
– А ты?

– А я в составе небольшой десантной группы тренировал дальнозоркость на соседнем судне, - снова улыбнулся он, и театрально сдул несуществующую пылинку со своего плеча.
– Потом прилетело подкрепление, которое нас вызволило оттуда.

– Значит, ты тоже счастливчик.

– Это даже не обсуждается! Я тоже здесь буду неделю... Если, конечно, Тау не оставит дольше.

– А может?
– спросил я. Отдохнуть недельку в здравнице я был не против, но застрять тут надолго не входило в мои планы.

– Он тут самый главный.

Я осмотрелся по сторонам. Знакомые уже синие колючие покрывала на металлических кроватях и потертые красные ковровые дорожки уюта не создавали, но веселенькие занавески, цветы в кадках и граммофон в углу, а так же льющийся в окна яркий солнечный свет сглаживали этот эффект.

– А где мой меч?
– спохватился я.

– Это же здравница!

– Но ты же вооружен!
– возмутился я, ткнув пальцем в висящие за его спиной лук и колчан со стрелами.
– Почему у меня снова отобрали оружие?

– Его вернут, не истери, герой. Сразу же, как только удостоверятся, что ты не бился сильно головой об угол и способен отвечать за свои поступки.

Я недовольно откинулся на подушку. Империя фактически находилась в состоянии войны с Лигой, и даже в самой глубине Имперских территорий нельзя было чувствовать себя в безопасности. Угроза вторжения сохранялась всегда, не говоря уже о лигийских шпионах и диверсантах, которые даже сейчас могли находиться рядом. В мире, где азы военного искусства познаются с самого детства, остаться невооруженным казалось немыслимым.

– Кормить нас будут?
– проворчал я, вдруг осознав, что зверски голоден.

– Обед через два часа, - ответил Орел.
– И, кажется, тебя еще врач осмотреть должен.

– Лучше хлеб с водой, чем баночка с анализами. Чего на меня смотреть? Все со мной нормально... И вообще, я гулять хочу, - сказал я, надеясь раздобыть где-нибудь меч или топор, без которых ощущал себя слабым. А слабым я быть не люблю.

– Я уже ознакомился с достопримечательностями, ничего тут интересного нет, разве что в речке искупаться сходить..., но тебе еще рано, - ответил Орел.