Даня открыл дверь. На пороге стоял мужчина лет шестидесяти. Я не сразу узнала в нём отца того самого идиота, с которым рассталась.

– А Мария здесь живет? – спросил мужчина.

– Да. А вы кто? Зачем она вам? – поинтересовался Даня.

– Я отец Сергея.

Услышав это, я вскочила и сразу же побежала в холл. Вообще-то я была очень удивлена его визитом, но решила не подавать виду.

– Станислав Андреевич, здравствуйте!

– Вот, значит, почему вы расстались с моим сыном, – сказал Станислав Андреевич, даже не поздоровавшись со мной, и с гневным видом посмотрел на Даню. – А мне он сказал, что встретил в Лондоне Оксану. Оказывается, Сергей вас выгораживал.

– Не делайте поспешных выводов.

– А что вы мне скажете на это? – И он снова посмотрел на моего Даню, который с любопытством следил за этой сценой, даже не пытаясь себя оправдать.

– Это мой друг. Мой бывший друг.

– Я же говорю. Он мне и сказал, что встретил бывшую девушку, взял пример с вас – точнее, просто поменял героев в этой истории.

– Нет, вы не понимаете. Мы с Даней давно живем вместе, уже пять лет.

– Ничего себе! И вы мне об этом так спокойно говорите! Как я рад, что мой сын не встречается с такой… такой… легкомысленной девушкой, как вы.

– Да нет же. Мы просто друзья. Ну то есть мы когда-то были вместе, но это было давно. Теперь мы просто живем под одной крышей, эта наша с ним квартира.

– Мой сын – идиот. Как он мог до этого опуститься? Вы решили завести шведскую семью? Ничего не выйдет. Жаль, он не сразу вас раскусил.

– Знаете, мне надоело с вами объясняться. Теперь я вижу, откуда гены торчат. Я встречаю вас второй раз в жизни – и какого, простите, вы сюда припёрлись? – Моё терпение подходило к концу.

– Сергей просил забрать у вас его документы и вещи. Он сказал, что вы обо всём договорились.

– Да, сейчас я принесу их остатки.

Вернувшись с чемоданом, я поставила его на пол перед Станиславом Андреевичем.

– Забирайте, чтоб они не портили вид моей комнаты.

– Спасибо. Я передам Сергею, какой теплый прием был мне оказан.

– Так, может, вас холодной водичкой облить, чтоб не слишком горячо было?

– Ну и…

– Удачи в Лондоне!

Я захлопнула дверь. А Даня захохотал, как сумасшедший:

– Видела бы ты, какое он сделал лицо, когда ты пошла за чемоданом.

– А ты тоже хорош – хоть бы подтвердил, что мы просто друзья.

– Он бы всё равно не поверил.

– Показал бы фото своей Насти.

– Зачем?

– Ну он бы увидел, что у тебя есть девушка.

– И лишний раз убедился бы, что мы пытались совратить его сыночка и склонить к сожительству вчетвером. А ты, наверное, права: твой Сергей…

– Минуточку, уже не мой.

– Ну да, этот Сергей – идиот. В тридцать лет прятаться за спиной родителя. Он что, сам не мог эти вещи забрать?

– Нет, сказал, что не сможет выдержать ещё одного свидания со мной, а тем более в твоём присутствии.

– Ради такого дела я бы оставил вас наедине.

– Так я тебе и поверю! Ты бы сидел в кресле и с удовольствием слушал весь наш разговор.

– Нет.

– А что ты сейчас делал? Стоял и слушал, и бокал вина с собой прихватил. Тоже мне, кино нашёл.

– Что ты, жизнь гораздо лучше, детка, – в ней не так всё предсказуемо. Пойдем ужинать, а то всё остынет.

– И всё-таки он козёл! Я больше не хочу есть, – недовольно проворчала я.

– Как у тебя всё сложно! Из-за одних мужчин у тебя просыпается зверский аппетит, из-за других ты страдаешь анорексией.

– Нет, просто с одними я счастлива всегда, а с другими мне так только кажется.

Даня ничего не ответил. В итоге вечер прошёл как-то быстро и, как мне показалось, скомканно, словно теперь уже между мной и Даней осталась недоговоренность. Оживлённая беседа сменилась тишиной и совместным просмотром голливудской классики.

Ночью, засыпая, я снова проводила анализ чуть ли не всей своей двадцатичетырехлетней жизни, вспоминая бывших возлюбленных. Почему мы с Даней остались добрыми друзьями, а Сергея я не хочу видеть и абсолютно уверена, что дружба между нами невозможна? Ни тот, ни другой не были для меня идеалом – но почему с одними мужчинами ты остаёшься в добрых отношениях, а с другими – просто никем? Как получается, что всё начинается с любви, заботы и внимания, а конец всегда разный? Даня прав: в отношениях, в отличие от кино, трудно предсказать финал. Ты же не знаешь, что выбираешь на полке: драму или романтическую комедию с хеппи-эндом.

Утром я обнаружила рядом с подушкой любимые жёлтые орхидеи и записку: «Уехал в офис, завтрак на столе. А ты очаровательна, когда спишь, принцесса!»

Даня знал, как поднять мне настроение. Всякий раз, когда случалась какая-то беда, рядом со мной оказывалось его крепкое мужское плечо, тёплый плед, аспирин, букет цветов, чашка горячего кофе, шоколадное пирожное, мастерская по ремонту обуви, спасательный круг – и всё это из рук Дани или благодаря ему. Он знал, как рассмешить меня или, наоборот, настроить на серьёзный лад. Когда я сдавала сессию, а у самой голова шла кругом от сумасшедшего романа с молодым актёром, Даня насильно вывез меня на дачу к своему старому институтскому приятелю, какому-то инженеру-физику. Весь его дом был завален приборами, колбами, книгами и прочей ерундой, в которой я ровным счетом ничего не понимала. Зато там отсутствовали телевидение, алкоголь, сигареты. А сам хозяин был похож на человекоподобное существо, ничем, кроме своей науки, не интересующееся. И он действительно не интересовался. Когда однажды совершенно случайно у меня распахнулся халат, под которым абсолютно ничего не было, этот физик просто сказал: «Доброе утро, Маша…» – и прошёл дальше, в комнату. Честно говоря, после этого я весь день была в дурном настроении: «Неужели даже такому не могу понравиться?» Делать было нечего, и я начала готовиться к экзаменам. Когда всё сдала, причём на «отлично», оказалось, что мой актёр уже успел найти себе новую девушку. Даня знал, когда нужно оставить меня в покое, а когда, наоборот, обязательно куда-нибудь вытащить, чтобы не дать мне уйти в самокопание. Он знал всю меня, по-моему, даже лучше, чем я сама.