Когда его голова оказалась на уровне верхней ступени, он осмотрелся и увидел храм, факелы, часовых – все, как описал Канген. Снова прокричала сова. Йоши осторожно прилег на плиты, изучая обстановку. Некоторые детали ее вызвали у него повышенный интерес.

Наконец Йоши удовлетворенно кивнул и с прытью горной обезьяны скатился вниз.

– Ты сказал правду, – объявил он Кангену. Все выглядит так, как ты говорил.

Канген изо всех сил закивал.

– Я сдержу наш уговор.

Йоши рассек веревки, связывавшие монада, и приказал:

– Слезай!

Канген соскользнул с лошади, расправляя затекшие члены. Потом он протянул руку к кляпу.

– Подожди, – одернул его Йоши, – слишком заметен в своей белой одежде. Сними ее.

Канген удивленно поднял брови, но выполнил приказание.

– А теперь прикройся моим плащом.

Глаза Кангена расширились: он понял. Монах отчаянно затряс головой, попытался что-то сказал, но через кляп исторглось только мычание.

Йоши вынул меч и поднес его к горлу Кангена.

Потом он накинул на плечи монаха свой синий плащ, завязал его, снял шлем, водрузил его на голову «друга детства» и наконец снова связал руки, на этот раз за спиной.

– Стань лицом к лестнице.

Мастер меча закутался в одежду монаха, накрыв голову капюшоном.

– Вперед, – скомандовал он и, покалывая Кангена мечом в спину, заставил его подняться по лестнице почти до самого верха.

– Теперь ты свободен, – прошептал Йоши, ударив монаха по спине повернутым плашмя клинком.

Канген перепрыгнул последнюю ступеньку и, неуклюже согнувшись, помчался к храму.

Звякнул колокол.

Свист стрел так и не достиг слуха Йоши. Кустарник, окружающий храм, в глубине которого он теперь находился, скрадывал посторонние звуки.

Теме первый оказался возле убитого. Муку и Дзёдзи подбежали минутой позже.

– Ну, кто тут болтал о сверхъестественных силах, – спросил священник, пнув тело носком сандалии. Убитый лежал лицом вниз, шлем сбился на сторону, одежда его напоминала подушку для булавок.

Заря разгоралась. Небо на востоке стало жемчужно-серым, свет, бьющий из-за горизонта, расчертил обрывки облаков золотыми полосками. Гора Хией защищала храм от северо-западного ветра, и воздух был неподвижен. В мертвом воздухе стена оцепеневших деревьев окружала поляну с застывшей в ее центре бездыханной фигурой.

Стрелки, словно белые тени, один за другим выскальзывали из рощи и присоединялись к Теме, читавшему погребальную молитву, Дзёдзи также опустился на колени, перебирая четки, бормоча слова заупокойного моления, чтобы душа Йоши поскорее отправилась в загробный мир.

– Амида Ниорай, чей свет сияет в десяти частях мира, прими эту бедную душу, которая сама не может призвать тебя.

Муку, потерявший возможность отличиться, что-то недовольно проворчал и толкнул труп ногой.

– Дело сделано, – сказал Теме, закончив молитву.

– Известим же всех, что монахи Тендай свершили то, чего не смог сделать весь род Тайра. Дзёдзи, отвези это письмо Нии-Доно и вернись от нее со словами благодарности не позже, чем через час.

Дзёдзи встал, продолжая в молитвенном экстазе ощупывать медные бусины своих двойных четок.

– Ну же! – прикрикнул Теме. – Сначала свези письмо, потом читай сутры.

Великан виновато опустил голову, словно пугливая овечка.

– Как же я сумею за час добраться до Рокухары и вернуться обратно?

– Подумай своей головой. Йоши должен был приехать на лошади. Поищи ее. Она привязана к дереву где-нибудь внизу лестницы. Найди ее. Нии-Доно должна знать о том, что свершилось этой ночью.

– А если я не найду госпожу Нии-Доно?

– Она у себя, она ждет и тревожится. И можешь не сомневаться: она вознаградит тебя за приятное известие.

Дзёдзи ушел. Он по-прежнему сжимал в своих огромных ручищах четки и бормотал молитвы.

Край солнца показался над горизонтом. Поверхность озера Бива превратилась в расплавленное золото, отражая божественный лик Аматерасу. Стая черных дроздов огласила тишину криками и хлопаньем крыльев.

Теме сделал знак молчащим лучникам.

– Пусть двое из вас отнесут тело к храму. Наша цель достигнута. Пора отпустить заложников.

Двое стрелков вышли из ряда, распрямили тело и перевернули его на спину.

Солнце стояло достаточно высоко и хорошо освещало поляну. Теме и Муку отошли в сторону. Лучники нагнулись, чтобы поднять мертвеца, – и вдруг один из них с ужасом воскликнул:

– Это Канген! Мы убили Кангена!

Теме и Муку мгновенно повернулись к кричавшему. У обоих от изумления и неожиданности отвалились челюсти.