— Никто не возражает? — спросил шофер.

На широкой обочине стояло несколько машин. Струя воды лилась в каменную чашу и вытекала по другую сторону шоссе.

Сибирячка сказала:

— У нас в Саянах родники получше. — Она полоскала бутылку из-под лимонада.

Дмитрий Сергеевич подошел к краю дороги и смотрел, как вода стекала вниз по камням. Море было далеко внизу, темно-синее с белым прибоем. Но шум моря не был слышен на такой высоте. На край дороги подошла жена пассажира с кинокамерой. Подошла и ахнула.

— Костик, пейзаж — очарование! Иди посмотри, — сказала она.

— Хватит пейзажа. Главное — люди, — ответил Костик.

Вика нагнулась над чашей и ловила ртом струю, а Костик жужжал кинокамерой, снимая ее. Сибирячка неторопливо пила воду из бутылки. Она отвела бутылку от губ, сказала:

— Воду голым ртом хлещет. Культура!..

— Актриса, и, сразу видно, бездарная, — сказала жена Костика.

Директор магазина орал:

— Пейте, пока бесплатно. Крым деньги любит. — Он сидел над родником в надежде, что и его увековечат на кинопленке.

— Пожужжи в мою сторону! — кричал он, с трудом удерживаясь на гладких камнях, и мелкий щебень осыпался на шоссе.

Дмитрий Сергеевич прошел до поворота шоссе. Чуть ниже остался кусок старой дороги. Сквозь трещины в асфальте пробивалась трава. Дмитрий Сергеевич огляделся. Он не узнавал этого места. Он только помнил, что оно было недалеко от родника.

Сначала он просто держал Лору за руку, помогая ей спускаться. Потом перетянутая нога распухла, и Димка нес Лору на спине.

На шоссе Димка напился и умыл лицо. Тогда вода просто ручейком вытекала из-под камней. Лора сказала, что снимет жгут.

— Я тебе сниму! Терпи, — сказал Димка.

Штаны без ремня то и дело сползали, и Димка придерживал их рукой.

Над шоссе, запятнанным конским навозом, летали зеленые мухи. В такое время извозчики проезжали очень редко. Димка посмотрел на Лоркину ногу — нога посинела, — и он немного ослабил жгут.

— Недалеко знакомый горец живет. У него лошадь есть, — сказал Димка. Он пошел сначала шагом, а потом побежал, придерживая штаны.

Димка вернулся, и его сатиновая рубашка была мокрой, в белых разводах соли на спине и под мышками. Лора устала от боли и сидела в тени.

— Сейчас приедет. Лошадь ловит, — сказал Димка и сел рядом с ней.

Лорка сказала:

— Не могу больше. — И положила голову на Димкины колени.

Дмитрий Сергеевич огляделся. Где-то здесь была тропка. Склон горы пророс вереском и сосняком. Вместо тропки пролегал железобетонный желоб для стока талых и дождевых вод.

Вечером в больничном парке Димка подрался с Севкой Кулешом.

Севка сидел на скамье и плакал, размазывая по лицу кровь. Димка догадывался, отчего он плачет, и, потрясенный своей догадкой, сказал:

— Брось. Хватит...

Димка сидел на другом конце скамьи. Ну, Севка — ладно, но почему он подрался из-за девчонки, Димка не понимал. В книгах с морскими приключениями он всегда пропускал страницы про любовь. На всякий случай он решил и теперь держаться подальше от этих дел.

— Будь здоров и не кашляй, — сказал он и ушел в черную аллею.

Лорка нашла его на берегу. Димка бегал в ларек за папиросами, а когда вернулся, Лора сидела в ялике.

— Зачем пришла? — спросил Димка.

— Соскучилась, — сказала Лора и засмеялась.

Они не виделись две недели. Раньше Димка не обращал внимания, виделись они или не виделись. А теперь обратил.

— Не вовремя пришла: у меня дела, — сказал он.

— Какие?

— В море ухожу. Надо одну вещь поискать.

— Амфору?

— Откуда знаешь?

— В больнице слышала. Давай вместе искать, хотя это сплошная чепуха, — сказала Лора.

«Баба на борту — удачи не будет», — подумал Димка, но как-то неуверенно.

Отвесная скала обросла скользким мхом. Димка уходил вглубь с открытыми глазами. Он схватился за край скалы над гротом, но опять не хватило воздуха.

Димка влез в ялик. Лорка лежала на корме — загорала. Было не меньше тридцати градусов в тени, а Димка никак не мог согреться на жгучем солнце. Он сидел на борту ялика и смотрел на две белые отметинки на коричневой от загара Лоркиной ноге.

Димка поднял голову. Лора смотрела на него из-под опущенных век.

В город возвращались вечером. Чтобы не налететь на камни, держались подальше от берега. Димка греб по береговым огням.