Он сел в машину и завел мотор. Медленно проезжая мимо ее дома, он увидел слабый свет в окнах. Наверное, ее мать вернулась после работы.

Он еще два раза видел ее после того, как она сказала, что Даша уехала. Но поговорить с ней так и не смог. Женщина словно язык проглотила и даже не останавливалась, когда он обращался к ней.

Позже кто-то сказал ему ,что она ударилась в религию. Что же, с горем каждый справляется так, как может.

Милан прибавил газа и поехал дальше, стараясь думать только о работе.

Ну, здравствуй, папочка. Я скучаю по тебе. Как много времени прошло…

Даша положила на холодный мрамор цветы. Прислонилась лбом к камню и тихо заплакала.

Боль от утраты была уже не такой острой. Но время не было властно над горячей любовью, жившей в ее сердце. Ей не хватало отца, его родительского совета, даже обычного крепкого пожатия его руки.

Тихо рассказав о своих планах, она поцеловала изображение отца и поспешила к ждавшему ее такси. До города было несколько километров. Пока она доберется ,мама будет уже дома.

Люди спешили вернуться в тепло своих домов после работы. Возможно, в объятия своих любимых. О над ее семьей словно навис злой рок. Все они были одиноки: мама, тетя Мила, Даша.

Что же, не каждому дано найти свою любовь.

Мыли против воли полетели в прошлое. Красивое до боли лицо с круто изломленными бровями и зелеными глазами. Девушка закрыла глаза. Горечь и обида за эти годы почти улетучились. Она хранила эти воспоминания, как сокровища, в шкатулке своей памяти, иногда извлекая их и примеряя на себя.

Как сложилась бы ее жизнь, если бы не было того ужасного недоразумения, если бы Милан не изменил ей тогда?

Может быть, ее тело и сердце трепетали бы в его объятиях, и близость любимого человека была бы главным источником ее жизни и счастья?

Такси остановилось возле ее дома, оторвав от мыслей.

– Привет , мам.

– Здравствуй, дорогая.

– Ты хорошо выглядишь, похудела немного.

– Мало готовлю.

– Главное, не мори себя голодом. Как твои дела?

– Все хорошо, дорогая. Работа, церковь, вот и все мои дни.

– Я уже говорила, ходила бы ты куда-нибудь, на собрания бы какие, в театр.

– Мне хватает собраний в нашей церкви.

Ладно, по этому вопросу спорить бесполезно.

Даша решила поговорить о том, за чем она приехала. Мама сказала, что ничего в банке не трогала. Девушка попросила у матери документы, которые ей передавали юристы после смерти отца. Среди них нашла договор об открытии счета.

На следующий день, простившись с матерью, она собрала вещи и поспешила в банк.

Служащий проверил ее паспорт и идентификационный номер, прежде чем сообщить о сумме, которой она располагает.

Около 5 лет назад ее отец положил в банк 5 тысяч долларов. На сегодня с учетом процентов девушка была счастливой обладательницей семи с половиной тысяч.

Что ж, сумма для предполагаемых вложений не очень большая, зато хоть что-то.

Даша оставила деньги на счету и вышла на улицу. Сколько понадобится еще? И согласится ли тетя инвестировать что-то из своих сбережений? И есть ли они у нее?

Уже устроившись в междугороднем автобусе, Даша позвонила тете и сказала, что все в порядке и она скоро приедет.

Автобус тронулся и, проехав несколько метров, остановился на светофоре. Она прислонилась к прохладному стеклу, погруженная в подсчеты и планы, машинально наблюдая за машинами, остановившимися рядом.

Милан возвращался в офис. Участок был достаточно большим, но стоит проверить, нет ли под ним грунтовых вод. Это подозрение закралось, когда, он заметил невдалеке небольшой каток, который образовался из-за скромного, почти невидного родничка.

Милан остановил машину на перекрестке, в ожидании зеленого света. Если его предположение подтвердится, то этот участок им не нужен. Любая постройка над грунтовыми водами под угрозой, а провести масштабные работы по устранению этого подземного потока – значит увеличить итоговую стоимость.

Он посмотрел в окно, на пассажиров притормозившего рядом автобуса и замер, словно пораженный молнией.

Там была Даша. Он не мог перепутать. Она повернула голову в его сторону, взгляд был серьезным и задумчивым.