Не дождавшись, дочь, домой с дискотеки, Татьяна сначала обзвонила всех её подруг – никто не знал где, в данный момент, находится девушка. Потом наступила очередь больниц.

Ладу обнаружили в городском парке в бессознательном состоянии. Все тело её было покрыто синяками и кровоподтеками. В травматологическом центре сделали все, что возможно, вывели девочку из комы, но она ничего не помнила, амнезия. То есть мать, она узнала, но как попала в парк и, кто на неё напал, забыла начисто.

Потрясенная Татьяна ехала из больницы на своем Фольксваген Пассат и, сделав левый поворот, протаранила самосвал ЗИЛ. В результате на ЗИЛе появились небольшие вмятины, а кузов Пассата был смят и изуродован. Подушка безопасности спасла Тане жизнь.

Все это она рассказала в моем кабинете, прерывая повествование приступами рыданий. Наташа несколько раз приносила воду, и Татьяна судорожными глотками выпивала полный стакан.

Кузов Фольксвагена мы рихтовали и красили несколько дней. Потом два дня собирали автомобиль, меняя разбитые агрегаты на новые. Долго думали с бухгалтером, как обойти наши официальные расценки и сделать цену пониже и решили заключить партнерский договор с «Адвокатской конторой» Сапожниковой.

Мы, как бы, ремонтируем по самым низким ценам автомобиль хозяйки конторы, а контора, в свою очередь, оказывает нам юридические услуги. В результате получилась вполне приемлемая цена. Правда юридические услуги нам так и не понадобились, но это не важно. Очень хотелось помочь хорошему человеку в беде. Вероятно, теперь её очередь помогать нам.

– Наташа, соедини меня с Сапожниковой!

– Это которая Фольксваген Пассат?

– Да.

– Одну минуту…… Борис Михайлович, Татьяна Владимировна на проводе.

– Привет, Таня, как жизнь?

– Все неплохо, Борис. Лада поправилась. Тебе от неё привет. У тебя как дела? Что-то случилось? Ведь ты просто так не позвонил бы?

– Тань, у нас неприятности. В городе появилась фирма «ЖАСМИН», ну ты знаешь, огромная продуктовая сеть. И, вот, этой фирме отдают наше здание.

– Вашу станцию?! Да ведь лучше вас в городе никто ремонт не делает! Они, что очумели?!

– Сегодня я иду к мэру по этому вопросу.

– Во сколько?

– В пять.

– Позвони мне после того, как вернешься.

– Хорошо. Возможно, нам понадобятся твоя профессиональная помощь.

– Для тебя, все, что угодно. Я хорошего не забываю.

– Договорились. Извини, что побеспокоил.

– Звони в любое время.

– Пока.

День тянулся непростительно долго, но время «Ч» наступило. Девятиэтажное здание городской мэрии находилось почти в географическом центре города, на площади Героев Павших за Революцию. В центре площади горел Вечный Огонь. Молодожены приезжали сюда перед регистрацией в ЗАГСе и возлагали цветы у небольшого газового факела в центре стальной пятиконечной звезды.

На одной стороне площади стояло старое здание детского театра, а для городской администрации было построено новое, специальное, высокое здание, полностью отвечающее высоким требованиям работающих в нем чиновников. Ну что ж, наверное, так и нужно, если мы хотим, чтоб городское хозяйство работало исправно и бесперебойно.

Я вышел из машины ровно в шестнадцать тридцать и по знакомым коридорам быстро добрался до кабинета вице мэра. Секретарша улыбнулась мне и кивнула на дверь.

– Вас ждут.

В большом и светлом кабинете было прохладно и пахло человеческим потом. Вероятно, закончилось одно из утомительных и долгих ежедневных совещаний.

– Добрый день, Александр Ефимович! Я не опоздал?

– Вы вовремя. Сейчас позвоним мэру. В принципе, я с ним утром разговаривал по вашему вопросу. Но время прошло. Тогда было одно настроение, теперь другое.

– А тогда было какое?

– Настроение? Ну, скажем так – нейтральное.

Степанов нажал кнопку селектора и сказал секретарю: «Мария, соедините меня с мэром!». Через несколько минут голос секретаря ответил:

– Александр Ефимович! Мэр просит вас зайти к нему.

– Но я с господином Розенгольцем.

– Нет, он хочет видеть вас одного.

Степанов испуганно посмотрел на меня и быстро вышел. Секретарь принесла мне чай с лимоном, но неопределенность ситуации давила на меня все сильнее. Вспомнилась служба с Армии, где таких ситуаций было вагон и маленькая тележка. Особенно в Афгане.

Кишлаки в долинах были расположены далеко друг от друга и, порой, далеко от рек. Для того, чтобы орошать свои поля и огороды местные рыли в каменистых склонах колодцы – кяризы. Вода была очень глубоко, соответственно, и колодцы были до пятидесяти метров. Рыли их всем миром. Земля была насыщена камнями. Иногда колодцы рыли двадцать лет, иногда пятьдесят. Межу вертикальными стволами кяризов были прорыты горизонтальные ходы. Можно было спуститься в кяриз кишлака Гуджарат, а выйти по горизонтальным ходам к кишлаку Ходжи Юсуфа. А между этими деревнями расстояние не меньше тридцати километров!