– А как же твои сексуальные скандалы?

– Ты имеешь в виду женщину, которая и с вице-президентом, и со спикером?.. Оказалось, и с Элвисом тоже. В летающей тарелке.

– Ого… И что теперь, выбрасываем ее из каталога?

– Да нет. Просто из раздела биографий ее переместили в «Параллельную жизнь». Но продажи будут ниже, политические скандалы идут гораздо лучше НЛО. Пойми главное, Эдвин, – твоя книжка прекрасно продается, тебе причитаются всяческие льготы и прочие радости жизни. Ты теперь звезда «Сутенира». Наслаждайся, пока можно, ведь это все закончится. Неизбежно.

– А если нет? – возразил Эдвин. В голосе его уже слышались панические нотки. – А если она только набирает обороты? Этакий кролик «Энерджайзер» из ада?

Мэй откинулась на спинку стула, оглядела Эдвина, поджала губы и медленно произнесла:

– Мы ведь говорим о книге, верно? О книге по самосовершенствованию. Задача этой книги – помочь людям изменить свою жизнь. Вот о чем мы говорим. Просто о книге.

– Да? – прошептал Эдвин. – Ты уверена, что просто?

– Когда у тебя такие большие выпученные глаза, я и сама начинаю волноваться. Ты слишком много работаешь, вот что. Как там книга о жареной свинине? Отведал ли рекомендуемые блюда? Мне запомнился один рецепт – «жареные шкурки, вымоченные в низкокалорийном соусе». По-моему, настоящее надувательство.

– А вдруг это не просто книжка, Мэй? Вдруг это Книга? Та, которой все ждали? Избавление от проблем, слабостей, внутренних противоречий. Вдруг, а? Вдруг Тупак Суаре вывел универсальную формулу? В каждой книге есть зерно истины, но никто не видит его по-настоящему. Даже приблизительно. То есть у нас потому столько этих дурацких книг по самосовершенствованию, что ни одна не работает! Если появится эффективная книжка, я останусь без работы, к чертям собачьим!

– Эдвин, сбавь тон. Что ты кричишь-то? Давай-ка иди домой. Отдохни, или, может…

– Не могу, – его глаза блестели, – только не домой. Жена хочет меня убить.

– Жена? Убить?

– Да. С помощью секса. Это просто невыносимо – каждую ночь одно и то же. Одинаковая чудо-техника, одинаковые потрясающие оргазмы. Секс убьет меня, Мэй! Смейся, смейся… Но это правда. Она хочет убить меня. Я еще жив только благодаря ее месячным. А она все талдычит: «Прочти книгу, Эдвин. Прочти книгу. Ведь это ты ее редактировал. Прочти раздел о Ли Боке. Когда оба партнера используют одну точку, выходит лучше». Это просто какой-то культ. Точно в секту сайентологов вступила или типа того. И каждую ночь, каждую проклятую ночь. Я словно увяз. Увяз в чем-то… ну не знаю. В чем-то ужасном. Я даже не могу сосредоточиться. Заметила, как я отощал?

– Отощал? Ты всегда таким был.

– В самом деле? А что ты скажешь на это? – Он придвинулся ближе и зашептал: – У меня теперь постоянная эрекция. У меня и сейчас эрекция.

Мэй тоже понизила голос:

– Что ты мне предлагаешь с этим сделать? Эдвин невольно рассмеялся и ответил шепотом:

– Делай что хочешь, только его не трогай.

– Хорошо, не буду. Обещаю. – И продолжила обычным голосом: – Что я вижу! Ты улыбаешься? Наконец-то это снова ты, Эдвин де Вальв, мой старый знакомый, которого я терпеть не могу. Давай что-нибудь закажем. Есть хочется. Сельдерей и вода без газа не очень-то питательны.

– А что, если это та самая Книга? Что тогда?

– Господи, Эдвин. Опять ты начинаешь…

– А что, если Тупак Суаре сорвал банк? Что, если все числа, все части, все слова соединены в нужном порядке, в нужное время? Словно тысяча обезьян писала тысячу лет. А Тупак Суаре просто нажал на правильные клавиши?

– Эдвин, тысяча обезьян не писала ее тысячу лет. Тысяча обезьян будет писать ее вечность. Теоретически иногда будут случайно появляться «Гамлет» или «Унесенные ветром».

– Или «Что мне открылось на горе».

– Ты полагаешь, эту книгу написали мартышки?

– Конечно, нет. Просто чисто теоретически, если некто написал книгу, где все правильно…

– Эдвин, мартышкам еще долго над ней корпеть. Бесконечно долго.

– Вот именно! Но бесконечность включает в себя все числа. У любого события, которое произойдет – цитирую – «в одно из мгновений бесконечности», одинаковая вероятность случиться через две секунды или через миллион лет. Шансы равны. С математической точки зрения, у мартышки одинаковые шансы собрать «Гамлета» с первой попытки, равно как и с тысячной. Почему? Потому что у бесконечности нет границ, все события равновероятны. Тупаку Суаре удача могла улыбнуться и сейчас, и через миллиарды лет.

– Откуда ты все это знаешь? Я думала, ты не в ладах с математикой.

– Я и не в ладах. Просто вчера вечером смотрел «Звездные врата». Но физика там все равно достоверна. А его имя? Прочитай «Тупак» задом наперед. Что получится? Понимаешь, Мэй? Понимаешь?

– Нет, Эдвин. Не понимаю. Я понимаю только, что ты много работаешь, мало спишь и смотришь плохую фантастику.

– Ну хорошо, а как же теория хаоса? Ты знаешь, что трепет крыльев бабочки в Китае может вызвать тайфун… ну не знаю… где-то очень далеко. А гибель общества может стать результатом как незначительного события, так и серьезного переворота. Скажем, публикации на первый взгляд обычной книги. Бабочка взмахнет крыльями, и в другой части света пронесется тайфун. Теперь понимаешь?