Он, отвернувшись, продолжил разговор с Маньяном.

Где-то прозвучал удар гонга. Миг спустя коридор заполнили лопочущие йиллы, двинувшиеся мимо группы землян в банкетный зал. Подошел П’Той, переводчик, и поднял руку.

— Подошдитте сдессь…

В зале появлялись, занимая места, все новые и новые йиллы. Приблизилась пара стражей в шлемах и взмахом руки велела землянам отодвинуться. Через двери, тихо позвякивая связками драгоценностей, вперевалку прошел громадный серощекий йилл, а за ним последовали другие стражники.

— Глава Государства, — услышал Ретиф слова Маньяна. — Восхитительный Ф’Кау-Кау-Кау.

— Я же еще не вручил свои верительные грамоты, — возмутился посол Позер. — Можно ожидать некоторых вольностей с соблюдением протокола, но, признаться…

Он возмущенно покачал головой.

Заговорил их переводчик:

— А теперь лошитесс на свои внутренности и полсите туда к пиршественному сстолу, — он показал на противоположный конец зала.

— Внутренностях? — затравленно оглянулся кругом посол Позер.

— Господин П’Той, несомненно, имеет в виду наши животы, — пояснил Маньян: — Он хочет лишь, чтобы мы легли и проползли на свои места, господин посол.

— Какого черта вы ухмыляетесь, идиот? — разбушевался посол.

У Маньяна вытянулось лицо.

Позер взглянул на свои медали, густо навешенные на брюхе.

— Это настоящее… я никогда…

— Дань увашения к бохам, — заявил переводчик.

— А — религия! — понял кто-то.

— Ну, если дело в религиозных верованиях… — посол с сомнением огляделся.

— На самом-то деле тут ползти-то всего-ничего — футов двести, — прикинул Маньян.

Ретиф подошел к П’Тою.

— Его Превосходительство Посол Земли не поползет, — отчетливо произнес он.

— Послушайте, молодой человек, я ничего не говорил…

— Не поползет? — лицо переводчика сохранило свойственную йиллам бесстрастность.

— Это противоречит нашей религии, — нагло заявил Ретиф.

— Противоречит?

— Мы почитаем Богиню Змей, — пояснил Ретиф. — Ползать для нас — святотатство.

Он отмел переводчика в сторону и промаршировал к отдаленному столику. Остальные последовали за ним.

Посол, пыхтя, догнал Ретифа, когда они приблизились к дюжине простых табуретов напротив покрытых парчой мест для Восхитительного Ф’Кау-Кау-Кау.

— Господин Ретиф, будьте добры повидаться со мной по окончании банкета, — зашипел он. — А пока, я надеюсь, вы воздержитесь от дальнейших необдуманных выходок. Позвольте мне напомнить вам, что глава миссии здесь — я.

Сзади подоспел Маньян.

— Позвольте и мне присоединить свои поздравления, Ретиф, — сказал он. — Вы проявили большую находчивость.

— Вы с ума сошли, Маньян? — рявкнул посол. — Я крайне недоволен.

— Да я… я… — стал заикаться Маньян. — Я говорил, конечно же, саркастически, господин посол. Меня, естественно, тоже ошеломила его неслыханная самонадеянность.

Земляне заняли свои места, причем Ретиф — на самом краю. Стол перед ними являл собою голую зеленую столешницу с расставленными на ней мелкими оловянными блюдами.

Сидевшие за столом йиллы, иные в простом сером облачении, а иные в черном, молча взирали на них. Их состав постоянно обновлялся, когда тот или иной йилл подымался и исчезал без всякой видимой причины, а на его место садились другие. Волынки и свирели оркестра яростно визжали, и шушуканье йиллов за другими столами становилось все громче и громче, соперничая с ним. Рядом с послом вырос высокий йилл в черном. Все сидевшие поблизости йиллы замолкли, когда слуга налил поварешкой беловатый суп в самую большую из мисок перед земным посланником. Тут же за развернувшимся действием наблюдал вездесущий переводчик.

— Этого вполне достаточно, — остановил посол Позер, когда миска переполнилась. Слуга-йилл вывалил в миску еще супа, и тот растекся по столу.

— Будьте добры обслужить других моих сотрудников, — распорядился посол. Переводчик что-то тихо сказал слуге, тот нерешительно перешел к следующему табурету и зачерпнул еще супа.

Ретиф следил, прислушиваясь к шепоту соседей. Теперь все сидевшие йиллы вытянули шеи, наблюдая за происходящим. Слуга быстро разливал суп, кося глазами по сторонам. Подойдя к Ретифу, он поднес к миске полную поварешку.