— Пока нет, но собираюсь.

— Об этом придётся забыть. Как минимум на год, а может статься и на всю жизнь. Через год пройдёте обследование, тогда и поговорим снова.

— Но… — заикнулся, было, Вовка.

— Никаких «но», если не хотите угодить к нам снова, в отделение нейрохирургии.

Вовка вышел из больницы далеко не в радужном настроении.

«Во дела, теперь я владелец лошади, который не может ездить верхом», — подумал он.

И куда идти? Домой? Родители наверняка на работе. А Васька? Что с ней произошло за то время, пока он валялся в больнице? Всё, еду к Ваське, принял решение Васькин спаситель.

Вскоре Вовка стоял у проходной клуба, ставшей уже такой близкой и знакомой. Охранник, увидев его, дружелюбно улыбнулся и кивнул головой. Вовка поздоровался в ответ. Хорошо известной уже дорогой он отправился в гостевую. Сгоряча он, было, побежал, но через десяток метров понял, что бегать ему ещё рано.

Громкое «гу-гу-гу» парень услышал метров за десять до входа в конюшню. Васька стояла на развязках, а вокруг кобылы ходила Журавлёва. Увидев Вовку, ветврач улыбнулась и тепло поздоровалась с юношей.

— Здравствуй, Володя. Очень рада тебя видеть. Вот приехала по вызову, решила и твою подопечную посмотреть. Пока ты был в больнице, с ней Марина возилась. Ну и персонал конюшни её балует, чем-то эта лошадка к себе людей располагает. Так что не переживай, без внимания твоя Васька не оставалась. Хочу сказать, что по здоровью у неё изрядные улучшения. Это значит, что не успели кобылу в покатушках загубить.

Вовка и сам заметил перемены, произошедшие с лошадью. Васька потолстела, глаза у неё были весёлые. Шерсть на лошади уже не свисала тусклыми клочьями, а стала гладкой и блестящей. Грива и хвост были аккуратно и тщательно расчёсаны, а чёлка заплетена в косичку.

— Из неё может получиться очень даже неплохой хоббик, — добавила Журавлёва.

Вовка вспомнил пояснения Марины. В конном мире «хоббиками» называются лошади хобби-класса. Их владельцы не стремятся к спортивным достижениям, предпочитая спорту ежедневное общение с лошадью и обычные верховые прогулки.

Васька рвалась с развязок. Володя подошёл, обнял кобылу и прижался щекой к тёплой шее. Лошадь замерла мгновенно, положив голову Вовке на плечо. Постояв так минут пять, Вовка открыл стоящий у денника ящик и достал оттуда лошадиное лакомство. Угостив кобылу, Вовка опять обнял её. Васька перед этим успела облизать ему лицо и руки…

Журавлёва наблюдала за парочкой с нескрываемым удовольствием.

— Володя, я до сих пор удивляюсь, почему к тебе так лошади тянутся? Про Ваську я вообще молчу, но ведь и лошадь Марины очень хорошо на тебя реагирует. А Ляля — кобыла строгая, каждому встречному-поперечному с собой общаться не позволит.

— Не знаю, Ирина Николаевна. Может, это у меня от бабушки, Валентины Сергеевны. Когда я совсем маленьким был, она рассказывала мне одну историю. Во время войны в Белоруссии бабушка переходила из деревни в деревню, чтобы не попасть к наступающим немцам. Однажды она увидела в лесу привязанную к дереву лошадь, которая объела вокруг всю траву до самой земли и уже начала грызть кору. Бабушка её отвязала и отпустила. Но лошадь не убежала, а шла за ней очень долго, несколько дней. Валентина Сергеевна даже много раз садилась на неё, когда уставала идти пешком. А потом лошадь осталась в деревне, где жила бабушкина тётя.

— Да, занятная история, — задумчиво протянула Журавлёва.

— Ирина Николаевна, сколько стоит лошадь? — неожиданно спросил Вовка.

— Володя, вопрос поставлен неправильно. Я точно так же могу спросить тебя, сколько стоит машина?

— Ну хорошая машина меньше пятнадцати тысяч долларов стоить не может, — ответил Вовка.

— Вот так же и лошади. Лошадь Марины стоит, по моему мнению, около пятидесяти тысяч евро.

— А Васька?

— Ваське твоей красная цена тысячи полторы, причём долларов, а не евро. В нынешнем состоянии. В том виде, в котором она здесь появилась, я бы за неё больше пятисот не дала. А почему ты об этом спрашиваешь?

— Так ведь три недели скоро заканчиваются. Если ничего не сделать, Ваську заберут.

Журавлёва внимательно посмотрела на Вовку.

— Ты понимаешь, что берёшь на себя огромную ответственность? Чтобы достойно содержать лошадь, нужны не только деньги. Нужна ещё любовь, взаимное уважение, огромное терпение. А иногда и готовность пожертвовать чем-то, порой очень важным. Не обижайся, это я больше для профилактики тебе говорю. Ты уже и так многое доказал.

— Вот поэтому я и хочу выкупить Ваську у этой Пилипчук.

— Володя, я тебя сейчас сильно огорчу. Учитывая твои с Пилипчук отношения, цена будет назначена абсолютно несуразная. Опираясь на мой опыт, предполагаю, что не меньше шести тысяч. Разумеется, долларов.

— У меня столько нет, — расстроился Вовка.

— А сколько есть?

— Две тысячи.

— Негусто. Ладно, подумаем. Если будут новости — позвони.

— А можно с Васькой погулять пойти?

— Не можно, а нужно. Идите, удачи вам.

— Спасибо, Ирина Николаевна, я вам обязательно позвоню.