Агата вылезла из постели и подошла к зеркалу с газетой в руке, чтобы сравнить фотографии с оригиналом. И сразу успокоилась, убедившись, что сходство уловить довольно трудно. Ее взгляд упал на рекламу внизу газетной полосы:

«Лицо цвета утренней розы. Как этого добиться», – и она уселась краситься, наложила на лицо бледную пудру и кремового цвета румяна. Потом, набросив пеньюар, села к письменному столу.

Из своего саквояжа Агата извлекла несколько бумажных полосок, перехваченных резинкой. Наверху одной из них вывела заглавными буквами – ПОТЕРЯ ПАМЯТИ – АРЧИ, на другой: УБИЙСТВО – ТОЧКА ЗРЕНИЯ ПОЛИЦИИ; на третьей: ЖЕРТВА.

Помедлив, она положила третью бумажную полоску к первым двум. И, взяв чистый лист бумаги, написала:

Женщина подавилась куском мяса. Глаза ее вылезли из орбит, лицо посинело. Все тело ее содрогалось, а в глотке что-то ритмически скрежетало, страшно сжимаясь и разжимаясь.

Перечитав, она скомкала листок и швырнула в мусорную корзину.

На новом листке она вывела:

7. Уединенное место

2. Необычная смерть

3. Сообщник(и)

4. Отвлекающий маневр

5. Победитель/побежденный

Неожиданный стук в дверь отвлек ее.

– Войдите, – сказала она, засовывая листки и полоски бумаги в саквояж.

Вошедшая горничная по имени Флора принесла чистое белье и с большим удивлением оглядела номер – шляпные коробки, книги, вазу, полную яблок, дорогое платье, брошенное на кресло.

– Похоже, вы к нам надолго, миссис Нил.

– О, я тоже так надеюсь. Флора.

– А ваш багаж нашли?

– Боюсь, пока еще нет.

– Знаете, а у нашего шеф-повара брат живет в Южной Африке!

– Надо же! А вы не принесете мне сегодняшнюю «Таймс»?

– Да, мэм, разумеется.

– Спасибо, Флора.

Агата повернулась спиной к горничной, давая той понять, что она свободна, и открыла взятое в библиотеке «Водолечение в Британии», по ходу чтения делая пометки в купленной накануне тетрадке:

7. Минеральные воды – железистые и щелочно-серные.

Перечитав, добавила:

Резкий вкус и запах – можно незаметно добавить какое-то средство?

2. Ванны: тело всплывает на 34 секунды.

Потом выписала целый абзац из книги:

«Использование гальванического тока для ванн и кресла Шнее. Сила тока постепенно повышается движением регулятора параллельно подсоединенного реостата. Ток выходит из клеммы А, далее по электроду, опущенному в ванночку, проходит сквозь воду и тело пациента, после чего возвращается через клемму Б ниже регулятора реостата и далее в электрическую сеть через клемму подключения В».

Закрыв тетрадку, Агата незаметно сунула в саквояж и ее, потом заперла саквояж, а ключ сунула в сумочку. Выбрав яблоко из вазы на столе, она жадно, чавкая, впилась в него – как другие писатели в разгар творческого процесса смолят сигарету за сигаретой, или гладят кошку, или перебирают четки.

Два часа спустя Агата уже сидела на очередном приеме у миссис Брейтуэйт, в процедурной при физиокабинете номер четыре в Королевских банях. В одном углу помещалась ванна, подсоединенная проводами к центральной приборной панели. Отсюда же тянулись провода к странного вида креслу, стоящему за ширмой.

Как и в кабинете самой миссис Брейтуэйт, ковры и пальмы призваны были уравновесить собой тяжелое впечатление от всего этого жутковатого оборудования. Миссис Брейтуэйт, накрахмаленная и улыбчивая, сказала Агате переодеться в соседней комнате в белую сорочку, набрала в ванну теплой воды и, когда пациентка вернулась, велела ей туда лечь.

– На самом деле, дорогуша моя, вам эти токи вовсе ни к чему. Но раз вы так настаиваете… Теперь лягте на деревянную решетку и опустите руки в воду. Готовы?

– Готова.

Докторша установила регулятор реостата и щелкнула переключателем. Агата почувствовала легкую дрожь – это мышцы едва заметно сокращались через равные промежутки времени, с каждым разом – чуть-чуть сильнее.

– А что, чем сильнее, тем лучше? – поинтересовалась она.

– Вам не надо слишком сильно. Ток активизирует мышцы. Но если перебрать, можно вызвать судороги.

– Но судороги – это же не страшно?

– Всякое бывает, дорогуша, – покачала головой миссис Брейтуэйт. – Может даже сердечко остановиться. С электричеством нужен глаз да глаз, особенно когда пропускаешь его через воду. – Она посмотрела на часы на стене. – Ну все, довольно на сегодня.