Шрифт:
5
Вот примечание, из издания 1762 года, на этот стих: «некто, прозванием Максимович, стихами описал и по азбуке расположил жития святых печерских. Сия книга напечатана в Киеве в лист, и пальца в два толщины; однакож в ней, кроме имен святых и государя царевича Алексея Петровича, которому приписана, ничего путного не найдешь».
Кантемир заключает эту сатиру тем, что сатиры могут не нравиться только дурным людям и глупцам, на которых нечего смотреть:
Таким одним сатира наша быть противнаМожет; да их нечего щадить, и не дивнаМне любовь их, как и гнев их мне страшен мало.Просить у них не хочу, с ними не присталоВестись, чтоб не почернеть, касаяся сажи;Вредить не могут те мне, пока в сильной стражиНахожуся Матери отечества правой.А коим бог чистый дух дал и разум здравойБеззлобны, беззлобные наши стихи возлюбят,И охотно станут честь, надеясь, что сгубят,Может быть, или уменьшат злые людей нравы,Сколько тем придается им и пользы и славы!В этих стихах – весь Кантемир! Этот человек не был поэтом, непосредственный художественный талант не был его уделом. Его поэзия – поэзия ума, здравого смысла и благородного сердца. Кантемир в своих стихах – не поэт, а публицист, пишущий о нравах энергически и остроумно. Насмешка и ирония – вот в чем заключается талант Кантемира.
Пятая сатира, «Сатир и Периерг», написанная в 1737 году, в Лондоне, устремлена «на человеческие злонравия вообще». Ее форма очень изысканна, и в целом она скучна; но подробности есть удивительные, как, например, это место:
Болваном Макар вчера казался народу,Годен лишь дрова рубить, или таскать воду;О безумии его худая шла повесть,Углем черным всяк пятнал его плоху совесть.Улыбнулося тому ж счастие Макару, —И сегодня временшик: уж он всем под-паруЧестным, знатным, искусным людям становится,Всяк уму чудному наперерыв дивится,Сколько пользы от него царство ждать имеет.Поправить взглядом одним все легко умеет. {13} Чем бывший глупец пред ним народ весь озлобил;Бог в благополучие ваше его собил.13
Строка 8 – должно быть: «Всяк уму наперерыв чудному дивится».
В строке 10 – восстанавливаем пропущенное Белинским слово «легко», необходимое для сохранения стиха.
В заглавии пятой сатиры в «Литературной газете» допущена грубая опечатка («Старик и Периерг»), которую мы исправляем.
Заключение этой сатиры особенно забавно. Исчисляя разные человеческие глупости, сатирик говорит:
Пахарь, соху ведучи, иль оброк считая.Не однажды привздохнет, слезы отирая:За что-де меня творец не сделал солдатом?Не ходил бы в серяке, но в платье богатом,Знал бы лишь одно свое ружье да капрала,На правеже бы нога моя не стояла.Для меня б свинья моя только поросилась,С коровы мне б молоко, мне б куря носилась,А то все прикащице, стряпчице, княгинеПонеси в поклон, а сам жирей на мякине.Пришел набор, пахаря вписали в солдаты:Не однажды дымные уж вспомнит палаты,Проклинает жизнь свою в зеленом кафтане,Десятью заплачет в день по сером жупане.То ль не житье было мне, говорит, в крестьянстве?Правда, тогда не ходил я в таком убранстве;Да летом в подклете я, на печи зимоюСыпал, в дожжик из избы я вон ни ногою;Заплачу подушное, оброк господину,Какую же больше найду я тужить причину?Щей горшок, да сам большой, хозяин я дома,Хлеба у меня чрез год, а скотам солома.Дальняя езда мне была съездить в торг для солиИль в праздник пойти в село, и то с доброй воли:А теперь – чорт, не житье, волочись по свету,Все бы рубашка бела, а вымыть чем нету;Ходи в штанах, возися с ружьем пострелым,А где до смерти всех бьют, надобно быть смелым.Ни выспаться некогда, часто нет что кушать;Наряжать мне все собой, а сотерых слушать.Чернец тот, кой день назад чрезмерну охотуИмел ходить в клобуке, и всяку работуВ церкви легку сказывал, прося со слезами.Чтоб и он с небесными в счете был чинами, —Сегодня не то поет: рад бы скинуть рясу,Скучили уж сухари, полетел бы к мясу:Рад к чорту в товарищи, лишь бы бельцом быти,Нет мочи уж ангелом в слабом теле слыти. {14}14
Последние две строки были в тексте «Литературной газеты» выброшены цензурой и заменены двумя строками точек. Восстановлены уже в издании Солдатенкова и Щепкина.
Шестая сатира, написанная в 1738 году, рассуждает «о истинном блаженстве». Сатирик доказывает в ней, что истинное счастие заключается в благоразумной середине и в беседе с музами. Седьмая сатира, «к князю Никите Юрьевичу Трубецкому», написанная в 1739 году, в Париже, рассуждает «о воспитании». Эта сатира исполнена таких здравых, гуманных понятий о воспитании, что стоила бы и теперь быть напечатанною золотыми буквами; и не худо было бы, если бы вступающие в брак предварительно заучивали ее наизусть.
Вот несколько отрывков на выдержку:
Завсегда детям твердя строгие уставыНаскучишь: истребишь в них всяку любовь славы,Если часто пред людьми обличать их станешь:Дай им время и играть; сам себя обманешь,Буде станешь торопить лишно спеша дело;Наедине исправлять можешь ты их смело.Ласковость больше в один час детей исправит,Нежь суровость в целый год; кто часто заставитДрожать сына пред собой, хвальну в нем загладитСмелость, и безвременно торопеть повадит.Щастлив, кто надеждою похвал взбудить знаетМладенца; много тому пример пособляет:Относят к сердцу глаза весть уха скоряе.. . . . . . . . . . .Не одни те растят нас, коим наше детствоВверено; со всех сторон находит посредствоВскользнуться внутрь сердца нрав: все, что окружаетМладенца, произвести в нем нрав помогает. {15} . . . . . . . . . .Обычно цвет чистоты первый увядаетОтрока в объятиях рабыни; и знаетУнесши младенец, что небом и землеюОтлыгаться пред отцом, наставлен слугою.Слуги язва детей; родителей злееВсех пример. Часто дети были бы честнее,Если б мать с отцом пред младенцем зналиСобой владеть, и язык свой в узде держали.15
Строкой точек указываем на границу между цитируемыми разными отрывками, не отмеченную в тексте «Литературной газеты».
В 4-й от конца строке должно быть: «Слуги язва суть детей…»
Повторяем: такие мысли о воспитании и теперь скорее новы, нежели стары.
Восьмая сатира, «На бесстыдну нахальчивость», написанная в 1739 году, в Париже, заключает в себе понятие сатирика о скромности. Он говорит о том, как осторожно пишет свои стихи, не ленится их херить, прячет надолго в ящик и, сбираясь печатать, выправляет.
Стыдливым, боязливым, и всегда собоюНедовольным быть во мне природы рукоюВтиснено, иль отческим советом из детства.