– Что за ключ?

– Я даже не помню, как он выглядит, Тания. Эти воспоминания затираются, едва надето кольцо, есть только единственный шанс - ты сама должна найти его и узнать. Прости.

– Значит, мы найдем его и снимем твой обет, Лив, не сомневайся. К тому же, без этого мы все равно не сможем выполнить нашу миссию.

– О чем ты, ати?

– Я люблю тебя, - улыбнулась я. Он скоро поймет сам. Главное, мы все ближе к исполнению нашей судьбы.

Глава 5. На Землю

Наутро, как и обещал лекарь, Маркус наконец-то пришел в себя. Он был бледен, слаб и напуган, но в целом никак не пострадал. Было решено оставить его еще на день в лагере, чтобы понаблюдать за его самочувствием, успокоить и соткать специальный полог, делающий его незаметным для коганцев. Маги, взявшиеся за реализацию этой задумки, и сами толком не знали, как сделать такую защиту, но идея им так понравилась (мало кто хотел бы встретиться лицом к лицу с выходцами из другого мира), что они взялись за ее исполнение со всем рвением.

Я зашла к Маркусу рано утром, но увидела, что он еще слишком слаб для долгих разговоров или знакомства с Луной и Регом, которыми собиралась порадовать его, и ушла, пообещав, что вернусь, когда он хорошенько выспится. Потом Лив показывал мне на карте расположение воронок (и тех, которые удалось ликвидировать, и тех, что еще оставались, и новых), места появления коганцев и замеченных следов от их порталов. По всей стране сейчас было относительно спокойно, новые воронки в большом количестве появлялись в сопредельных государствах, но не в Растании. Однако именно здесь сами маги появлялись с подавляющей частотой.

– Они что-то замышляют?
– спросила я.
– Если им нужны только соки мира, зачем тогда они вообще появляются здесь?

– И зачем хотят убить тебя. Неприятно это признавать, но мы пока этого не знаем.

Днем стало понятно, что лучше Маркусу не становится, даже напротив, у него поднялся сильный жар, он начинал бредить.

– Что с ним?
– спросила я, зайдя к лекарю.

– Я не могу сказать точно, - пробурчал лекарь.
– Но не думаю, что это связано с его обмороком... Похоже, он заболел.

– Заболел? Так почему вы его не лечите?

– Я сбивал ему жар уже несколько раз, но он поднимается снова, ткани горла воспалены и отечны, но стоит отвести от них излишек крови, как она приливает снова. А раз так, полагаю, не стоит вмешиваться в этот процесс.

– Что? Как это не стоит вмешиваться? Вы что же, не будете ничего делать? Вы же лекарь!

– Не горячись, Тания, - сказал Лив, тоже зашедший в палатку.
– На Эльдорисе редко болеют. Бывает легкая простуда, если недостаточно закаленный изнеженный организм резко переохлаждается, бывают тепловые удары, роды или больной зуб. Последнее крайне редко. Порезы, ссадины, реже более серьезные раны, в основном бытовые. Если Гиннель говорит, что жар поднимается снова и его бесполезно сбивать, значит, так оно и есть.

– Бесполезно, Лив? Ты видел Маркуса? Он бредит! Жар поднимается, когда организм борется с инфекцией, это хорошо, что борется, но температуру выше 38,5 сбивают, чтобы не давать нагрузку на сердце и вообще, - пробормотала я то, что хорошо запомнилось мне еще с детства, когда мы с сестрой регулярно подхватывали ОРВИ, особенно зимой.
– Стоп... Получается... Лив! Это я виновата!

– О, Тания, и в чем же ты можешь быть тут виновата?
– сказал Лив ласково, как говорят с любимым, но еще несмышленым малышом.

– Нет, Лив, я серьезно. У него вирус. Никто, кроме меня, не мог его заразить.

– Разве ты болеешь?

– Нет, не болею. Но это не имеет значения. В вашем мире нет тех болезней, которыми болеют у нас. А я - носитель многих из них. Наш иммунитет привыкает с самого детства бороться с сотнями разновидностей постоянно мутирующих вирусов. Уже не помню, кто рассказывал мне о семье староверов, живущих отшельниками в лесу вдали от других людей и цивилизации. Они жили так много лет, будучи полностью изолированными от мира, а потом их случайно нашла какая-то экспедиция. Они поговорили и ушли, никто из них не был болен, но этого оказалось достаточно, чтобы почти вся их семья умерла!

– Тания, если ваши вирусы так страшны, почему же тогда мы все еще живы? И я, и Эданор, и Джетта, и все, с кем ты когда-либо говорила?

– В общем-то, в словах Тании есть резон, - сказал молчаливо слушающий нас лекарь.
– Мальчик был сильно ослаблен, естественные защитные его барьеры истончены до предела. В таком состоянии он вполне мог подхватить этот самый вирус.

"Что же делать?
– думала я, подавленно передвигаясь из одного конца палатки в другой.
– Получается, я опасна для эльдорийцев? Я заразила Маркуса, просто побыв вблизи. Что же теперь делать?"