Войдя в кабинет, я действительно увидела кровать. Я начала снимать очень грязные простыни.

Было ли странным, что это место вымораживало меня в десять раз сильней, чем смертельная схватка с Демоном Ли? Наркотики всегда пугали меня до чёртиков. В одну из первых своих поездок на автобусе (тогда мне было примерно пять или шесть лет), я увидела невменяемого наркомана, который настолько сильно буянил, что водителю пришлось остановиться и выгнать его. Я так и не смогла перебороть первое впечатление, сама мысль о том, что кто-то рядом со мной под кайфом, вгоняла меня в тревожное состояние.

Были и другие причины. В начальной и средней школе некоторые ученики иногда исчезали, ходили лишь слухи и намёки от других одноклассников и учителей, что это было связано с наркотиками. Либо мои одноклассники были вовлечены в это, либо их родители, братья или сёстры втягивали в это детей, пока те не переставали ходить в школу. Одно другого не легче. Почти с самого начала я воспринимала пристрастие к наркотикам, как неостановимую чёрную дыру полного пиздеца, который поглощал всех, кто был близок к наркоману.

И всё же люди не бросали это занятие. Торговля наркотиками была широко распространена, и в Броктон Бей, где половина населения не имела работы, она приносила такую прибыль, что АПП пришлось установить в этом кабинете аппарат для подсчёта купюр. Такую прибыль, что в кабинете оказался открытый сейф с пачками денег внутри.

Мои насекомые были не особо заняты, поэтому я поставила им задачу собрать деньги. Через секунду или две масса тараканов, многоножек, мокриц и муравьёв устремилась к куче денег и начала стаскивать их со стола в бумажные пакеты. Мухи и осы подхватывали взлетающие в воздух купюры и возвращали на место. Не идеально, немного неуклюже, но для меня оказалось неожиданностью, насколько хорошо они смогли скоординироваться без моего сознательного руководства.

Я не могла позволить себе отвлекаться. Я оставила насекомых на автопилоте и позволила им закончить свою работу, а сама сосредоточилась на более важных делах. Снимая простыни, я обнаружила клеёнку, типа той, что кладут маленьким детям. Возможно, наркоманы под дозой тоже писаются в постель. Сверху клеёнка выглядела мерзопакостно, но мне было не до привередливости. Я сняла её с матраса, свернула в руках и поспешила обратно в зал.

— Помоги мне, — приказала я Солнышку. С её помощью я уложила клеёнку у ног Тритона, более чистой стороной вверх. К тому времени, как мы всё подготовили, вернулась Сука.

— Нашла под раковиной две пары латексных перчаток и несколько резиновых, — сказала она. — Аптечку тоже, но какая-то она слишком лёгкая.

— Открой её, — сказала я, и взяла пару латексных перчаток. Было неудобно надевать их поверх моих обычных перчаток, но я справилась. Солнышко просто сняла свои перчатки от костюма и одела латексные. Я отметила, что она была белокожей, и довольно бледной. — Скажи, что там внутри.

— Есть немного лейкопластыря, бинты, термометр, английские булавки, медицинский спирт, мыло…

— Иглы, нитки? — спросила я.

— Нет.

— Марлевые повязки? Большие бинты?

— Нет.

Благодаря латексным перчаткам мне с Солнышком удалось перетащить Тритона на клеёнку. Когда мы опустили его, Солнышко поморщилась и подняла руку к своему плечу, но потом решила не трогать.

Я повернулась к своему товарищу по команде:

— Сука, иди вниз. Работницы, которые тут были, снимали свою одежду, мои насекомые говорят, что одежда сложена в комнате под нами. Найди мне несколько сумочек, столько, сколько сможешь взять, и тащи их сюда как можно быстрее.

На этот раз она не пошевелилась. Она просто уставилась на меня.

— Блять, двигайся давай! — закричала я. Она бросила на меня злобный взгляд прежде, чем снова уйти.

— Бинты слишком узкие, — сказала Солнышко, когда я пыталась уложить на клеёнку скользкий от крови хвост Тритона.

— Окуни их в спирт, и очисти ими рану от крови. Используй сухие бинты, чтобы вытереть насухо, тогда лейкопластырь будет держаться. Не бойся попасть в рану, просто будь понежнее.

Она кивнула и приступила к работе. Я взяла пластырь и начала возиться с ним. Из-за перчаток на руках я не могла отделить его конец. Я взяла свой нож и воспользовалась лезвием. Как только я смогла размотать пластырь, я начала заклеивать рану крест-накрест.

Я могла только надеяться, что делаю всё правильно. Месяц занятий по выходным по основам первой помощи готовил меня к такому.

Прибыла Сука с сумочками, и практически бросила их в меня. Я могла бы рассердиться, но из-за Тритона я не позволила себе такого. Я начала опустошать содержимое сумочек на пол и просматривать его. Ручки, бумажники, наушники, книги, тампоны, фото, чеки, ещё чеки, мелочь, ключи, снова квитанции…

— Что ты ищешь? — спросила Солнышко.

В третьей сумочке я нашла то, что искала — прокладки. Я разорвала одну и прижала её к ране, затем начала обматывать пластырем. Солнышко молча схватила вторую и приготовила для меня.