Херрик навел пистолет на цель и взглянул поверх дула на Дрейка. Сейчас он мог бы без труда в него попасть, Дрейк был в буквальном смысле сидячей мишенью. Но Херрик удержался от искушения: шлюпку качало. Нужно подождать. Он шесть часов подряд провел у окна, наблюдая за Дептфорд-Стрэндом, рекой и почти ежесекундно причаливающими кораблями, практически не отвлекаясь на то, чтобы утолить голод или жажду. Нужно дождаться мгновения, когда шлюпка Дрейка подойдет к берегу, но Дрейк еще не сойдет на землю. Сообщник заверил его, что именно тогда наступит подходящий момент.

Херрик пристально следил за головой Дрейка, огромной, словно арбуз, из тех, что продают на рынке у подножия Капитолийского холма неподалеку от Английского колледжа. Он опустил дуло, целясь Дрейку в грудь. Херрик выбрал более крупную мишень, — тело, а не голову.

Шлюпка подошла совсем близко к берегу. Воды Темзы были спокойны, а между дулом пистолета Херрика и телом величайшего английского мореплавателя не было преград. Херрик крепко упер приклад в плечо, чтобы уменьшить отдачу, и спустил курок.

В маленькой комнатке раздался оглушительный взрыв. Отдача отбросила Херрика назад. Из ствола повалил дым. Херрик положил пистолет на голые доски пола, затем посмотрел в окно, пытаясь разглядеть шлюпку. Началась страшная суматоха, шлюпку сильно качало. Матросы, что были на веслах, теперь вскочили на ноги и, как казалось, сгрудились вокруг Дрейка. Он мертв? Скорее всего. Нельзя терять ни минуты. Нужно быстро уходить. Херрик не мог вернуться в Лондон на шлюпке. Передвижение по реке сразу же перекроют. В полумиле к югу отсюда, по дороге к особняку Сейерс-Корт, в платной конюшне таверны он оставил лошадь. Херрик планировал отправиться верхом в Саутуорк, где можно отсидеться в убежище, с неделю, а то и больше, пока все не утихнет. После казни Марии, королевы Шотландии, все порты и так закрыты, а вот ищеек, рыскающих повсюду в поисках иностранцев, пытающихся пересечь Английский канал, только прибавится. Нельзя терять присутствие духа, нужно затаиться и ждать.

Он разобрал снепхендж, сложил обратно в мешок и запихнул под кровать. Теперь оружие ему больше не нужно. Помимо одежды, что была на нем, из вещей у Херрика оставался лишь пистолет с колесцовым замком, который он заткнул за пояс, кинжал с тонким лезвием и шпага. Он захлопнул за собой дверь комнаты и спустился по скрипящей лестнице в лавку.

В дверях лавки стоял хозяин Боб Робертс. Он повернулся и широко улыбнулся Херрику, сжимая в руках дымящую трубку.

— Такая суматоха, господин ван Лейден, — сказал он, небрежно пуская дым в лицо Херрику.

— Что случилось, Боб?

— Трудно сказать. Похоже, кого-то ранили. — Робертс с любопытством посмотрел на Херрика. — У вас все в порядке, господин ван Лейден? Я слышал шум наверху. Решил, что вы, должно быть, свалились с кровати.

Херрик рассмеялся.

— Угадал, Боб. А теперь мне нужно идти, ибо пора приниматься за работу. Увидимся, как стемнеет. — Он вышел за порог и хотел направиться в конюшню таверны, но сперва решил смешаться с портовой толпой и убедиться, что Дрейк мертв.

Стоя на пристани, промокший насквозь Болтфут неотрывно смотрел на маленькое окно. Незадолго до выстрела в самой гуще лавок и складов на задворках Дептфорд-Стрэнда он заметил тусклый блеск в одном из окон. Блеск сменило облачко дыма, а затем раздался знакомый звук порохового выстрела. В это мгновение Мэтт, рулевой шлюпки, сдвигал в сторону швартовый крюк, чтобы притянуть шлюпку к ступенькам причала. Пуля попала ему в низ живота, и Мэтта отбросило Дрейку на колени.

Болтфут на секунду отвлекся от окна на раненого Мэтта, а когда дым рассеялся, он заметил, что из окна прямо на них смотрит человек с бледным, словно у мраморного бюста, гладко выбритым лицом. Оправившись от шока, гребцы и Диего собрались вокруг Мэтта, собираясь положить раненого на дно шлюпки, где его можно было бы осмотреть. Дрейк взял руководство в свои руки. Из шлюпки Болтфут спустился прямо в воду и прошел по дну к ступенькам, которые во время такого высокого прилива находились под водой.

Он выбрался на причал, с его одежды текла вода. Вокруг толпился народ, пытаясь разглядеть, что случилось в шлюпке. Спустя несколько секунд, отдышавшись, Болтфут принялся протискиваться сквозь толчею, не отрывая взгляда от окна, где он прежде заметил тусклый блеск, а затем дым и чье-то лицо. Лица в окне уже не было. Болтфут поспешил к лавке. Несмотря на деревянную культю, он шел на удивление быстро. Болтфут вытащил из ножен абордажную саблю и держал ее наготове. Свечная лавка, где он видел лицо в окне, была в шестидесяти-семидесяти ярдах. В дверях лавки стоял человек. У него была борода, и выглядел он как самый обыкновенный зевака. Вдруг перед ним появился другой мужчина, гладко выбритый, как и тот, кого он видел в окне. Это был тот самый человек. Болтфут ускорил шаг.

Выйдя из дверей лавки, Херрик сразу ощутил взгляд Болтфута. Он мгновенно узнал его, это был тот самый моряк, что сидел рядом с Дрейком в шлюпке. С саблей в руке, тяжелой подпрыгивающей походкой, приволакивая ногу так, словно был ранен, он шел прямо на него. Может, его ранили в суматохе, когда был застрелен Дрейк? Херрик передумал: в порт он не пойдет. Этому человеку был нужен он. Херрик быстро повернул направо и нырнул в узкий переулок, сбив с ног водоноса и опрокинув на землю его огромную конусообразную бочку, которую тот держал на плечах. Бочка оказалась хорошо скрепленной обручами и не разбилась, но вода вылилась. Водонос осыпал его проклятиями, но Херрик уже был далеко.